Сообщения разработчиков на форуме

Lesley_Knife: Миша! С днем рождения! Все будет отлично! Креатива, счастья и внутренних сил! 

Lesley_Knife:   Но вам предоставлен выбор, участвовать в акции или нет. В конце концов, если вам нужен этот самолетик, вы же заплатите требуемую цену, верно? И не станете волноваться за цену - если наоборот.

Grenoli: С Днем рождения, Миша!! Оставайся таким же креативным, позитивным и неравнодушным к проекту. Счастья, благополучия, благосостояния, терпения и всего самого-самого!! Ура!!

HighEnergyA: 1. В информации о турелях, установленных на самолете. Соотношение цифр соответствует со отношению урона.  2. Расчет урона происходит на сервере, визуализация - на клиенте. Естественно пакетлосты могут приводить к рас синхронизации того что есть на клиенте и происходит на сервере. При отсутствии оных картина точная.

HighEnergyA: Мы всегда желали чтобы все классы самолетов были в равной степени полезны для победы - как те что эффективны против самолетов, так и те что более эффективны против наземных целей.

HighEnergyA: 1. Достаточное чтобы даже неумелый игрок мог вдоволь наигратся и в тоже время чтобы бой был достаточно динамичным и интересным для умелого игрока. 2. В данный момент объекты окружения разрушатся не должны.  

HighEnergyA: Нет.

HighEnergyA: Казарма как и панель экипажа еще будет дорабатыватся.

HighEnergyA: Возможно.

HighEnergyA: 1. Ваншотов в текущем режиме без распавна не будет. Безусловно приятно уничтожить противника с одного попадания, но самому быть сбитым с первого же попадания не очень приятно. Крупнокалиберные пушки будут наносить огромный урон и будут способны уничтожить целый самолет с двух-трех попаданий нанося при этом критические попадания. Поврежденный самолет соответственно можно будет сбить с меньшего количества попаданий. Этого вполне достаточно.   2. Про механику нанесения повреждений будет статья в блоге. Пули у нас материальны. Урон наносится в модули и вносится в общую прочность самолета.

HighEnergyA: 1. Скоро сами увидите ;) 2. Будут доработаны некоторые недоработки внешнего вида моделей. 3. Не многовато ли будет?

Anna_Leopo1dovna:   Если договоритесь играть с противником на другой карте, я буду не против

Grenoli:   Все верно, в настройках эффекты камеры можно отключить. Получится не так атмосферно, но проще.

Grenoli: Про 19 врагов в бою слышали, надеюсь=)). И еще, просьба в ЛС написать, не годится такое.

Lesley_Knife: На эти выходные идет параллельно 2 акции. «Фронтовые бои» и День рождения Рекса Бюрена Бейсела Не стоит устраивать бедлам из-за того, что обсуждаемая БЗ вас не устраивает.

Lesley_Knife: Тема закрыта, акция окончена.

Grenoli:   У нас запас прочности гораздо больше, чем 4к игроков. Так что, как раз проблемы не на нашей стороне.

Grenoli:   Як с винтом и у нас есть=)). Прекращайте рассуждения о реальности и степени ее присутствия в игре. Это игра, и относится к ней стоит с определенной долей условности.

Grenoli:   Просто так? А в чем ценность тогда была бы этого самолета?

Grenoli:   Спасибо за Ваше мнение. Почитал до конца, и с интересом даже.

Priolia: Вот он знает: altar883 Пишите в ЛС ему, он поможет разобраться. Только подробно описывайте в чем ваши сложности.

Lesley_Knife: Тема перенесена и закрыта.

Grenoli:   Нет, так как у каждого игрока карта грузится с разной скоростью.

Lesley_Knife:   Р.Б. Бейсел известен своим участием в создание именно тех самолетов, которые в акции участвуют. Это не акция посвященная "Корсарам", а акция, посвященная одному из их создателей. 

Grenoli:   Не будет такого разделения. Для "пиу-пиу" есть PvE режим. С зачатками экономики. Для остальных - основной режим. Пока так.

Grenoli:   Больше не надо. Мы поняли мнение сообщества.

Grenoli:   Так точно!

Priolia: Ну это не ко мне. перезалила)))

Priolia: Про него знаем.

Priolia:   Ну вот смотрите. В 1.6 тоже есть тень, но источник освещения немного сдвинут, поэтому она видна не так отчетливо)  

Grenoli:   Пожалуй, я вообще ничего не скажу=))).

Galm:   Заведите второго пилота для ИЛ-2 и можно будет трясти стариной без лишних затрат.  Такова политика, она идентична для обеих проектов компании. Если будут какие-либо изменения в этом, то мы обязательно сообщим, но пока не планируется.   Тема закрыта.

Grenoli:   Есть такое дело. Должны исправить в 1.6.1. Закрыто.

Grenoli:       UPD: Доп.вопрос. ... Выдачу "Грома" пересмотреть не хотим? Вчера кто-то его весело заработал через 2 мин 20 сек. после начала боя (я спецом на таймер глянул).    Статистику будем смотреть. И по доходности, и по доступности "Грома". Так что давайте ждать 1.6.1. закрыто.

Grenoli: Как бы да, а разве кто-то это скрывал? Ищем разумные компромиссы между реальностью и гемплеем в наших реалиях. 

Sgt_Kabukiman: Победить на «Зеро» — можно. Выжить — почти нереально. А между тем наши герои получили практически «невыполнимое» задание: не просто одержать три победы на знаменитом японском истребителе, но и остаться в живых... Какие качества А6М позволят им это сделать? Сказка — Победить и уцелеть… Уцелеть и победить… — бормотал товарищ младший лейтенант Вася. Как почти все «японцы», «Зеро» хорошо приспособлен для виражной схватки на низких высотах. Легкий, маневренный, хорошо вооруженный. Но — как и у всех «японцев», — способность держать удар у него весьма невелика. Для своего уровня, во всяком случае. Казалось бы — количество ХП примерно равное, но на «японцах» они тают быстрее, чем на всех остальных… В общем, «Зеро» с умелым пилотом может изрядно навредить команде противника. Он в состоянии существенно повлиять на исход боя. Но вот выживают эти самолёты крайне редко. — Победить… и уцелеть… — Вася снова покачал головой. Тактику боя с максимальной вероятностью выживания предстояло обдумывать чрезвычайно тщательно. Вася осторожно вышел в бой и увидел порт. Так… Что там у нас? Ну так и есть. Куча «Зеро», набравших несвойственную им высоту, медленно кружит над полем боя. Прямо сцена из ковбойского — точнее, самурайского, — фильма: никто не хочет сделать резкое движение первым. Известно ведь: кто первый дёрнется — тот первым и погибнет. И вдруг внизу, медленно и нагло, проползли два штурмовика — из Васиной команды и из команды противника. Они миновали друг друга и занялись своими прямыми обязанностями: преспокойно лупасили кораблики и лодки, не опасаясь, что вокруг них завяжется виражный бой. Выдержать это зрелище было невозможно. И у кого-то из летчиков нервы не выдержали. С воплем «банзай!» он кинулся вниз, накрывая штурмовик шквалом огня. За «пионером», немедленно сев ему на хвост, упал вражеский «Зеро», на врага напал другой «Зеро» — из Васиной команды… — Понеслось! — выдохнул Вася. Закусив губу, он терпеливо ждал своей очереди. Последний боец из числа противников сам набросился на Васин «Зеро». Это произошло так внезапно, что самолёты едва не столкнулись в воздухе. Разошлись они чудом — и завязался виражный поединок. Да только вот высота была неподходящая. Для обоих. А спускаться в гущу боя тоже не хотелось — там бы на них набросились со всех сторон. И так кружились два «японца», словно сонные мухи, постреливая друг в друга на схождениях. «Глупо, — мучительно билась мысль в висок младшего лейтенанта. — На такой высоте «Зеро» просто не в состоянии проявлять свои превосходные виражные качества». Но как выйти из дурацкой ситуации? А тем временем из сражавшихся внизу самолётов остался один — из команды противников. «Зеро», изрядно потрёпанный, но не побеждённый. Вот теперь, кажется, в самом деле — пора. Товарищ младший лейтенант успешно притворился, будто собирается и дальше продолжать нелепый поединок. А сам очень резко спикировал на недобитого противника. Приблизился на расстояние выстрела. Дал длинную очередь… и враг сбит! Остававшийся наверху «Зеро» просто обомлел от подобного коварства. А когда опомнился, то использовал единственное имевшееся у него преимущество — в высоте. И использовал с толком: хоть Вася и увернулся от его очередей, но от его ХП осталось прискорбно мало. Вновь закипел бой, теперь уже на правильной высоте. Два «Зеро» крутились буквально бок о бок в тщетной попытке зайти друг другу в хвост. И тут Васе на помощь пришел невесть откуда взявшийся тяжелый истребитель Bf.110C. — Лучше бы ты этого не делал, дружище, — простонал Вася, едва «Мессер» разразился щедрым залпом. Стрелял-то он, понятное дело, в Васиного противника, да вот только залп накрыл сразу обоих. …Злющий, Вася сидел в ангаре и анализировал свои ошибки. Ему стоило больших трудов отделять свои ошибки от ошибок камрадов и не ругаться при этом. Герман Вольф, зашедший проведать товарища, выглядел обескураженным. Вася только что рассказал ему о недоумке с Bf.110C, и по взгляду вахмистра понял, что в описании «слона в посудной лавке» немецкий летчик без труда узнал самого себя. Третьим их собеседником стал капитан Хирата. К тому времени, как японец появился в ангаре, у Васи уже готов был план — как победить и уцелеть в следующем бою. Но сперва всем троим требовалось перевести дух. — «Зеро» — это самолёт, призванный удивлять, — заметил капитан Хирата. — Если умело пользоваться его достоинствами, недостатки станут несущественными. — Я всегда полагал, что японцы не видели в «Зеро» никаких недостатков, — вставил Герман Вольф. — Этот самолёт, по их мнению, состоял из одних достоинств. — Японские лётчики были недалеки от истины, — тонко улыбнулся Хирата. — Во всяком случае, «Зеро» неизменно удивлял противника. А уж для китайских летчиков и их командования появление «Зеро» вообще стало настоящим шоком. Решение направить пятнадцать «Мицубиси» А6М в Двенадцатый смешанный авиаполк для испытания в Китае в боевых условиях командование авиации флота Японии приняло ещё в июле. И вот «Палубный морской истребитель тип 0» — в небе Китая. Дебют «Зеро» состоялся девятнадцатого августа сорокового года: лейтенант Тамоту Йокояма возглавлял двенадцать А6М, эскортируя пятьдесят бомбардировщиков «Мицубиси» G3M, тип 96, которые направлялись на бомбежку Чунцина. — А почему об этом как-то не слишком известно? — прищурился Вася. — Да потому, что в воздухе они китайцев не встретили, так что дебют прошёл незаметно, — хмыкнул капитан Хирата. — Налёт повторился на следующий день — и снова перехватчиков не было. — Насколько я понимаю, до появления «Зеро» у японцев имелись серьёзные проблемы, — вступил в разговор вахмистр Вольф. — Они несли тяжёлые потери. У предыдущего истребителя «Мицубиси» — А5М — был слишком ограниченный диапазон действия. Это не позволяло им эскортировать бомбардировщики до объектов. А уж там, возле объектов, китайские истребители набрасывались на пришельцев. Как результат — в ходе некоторых рейдов процент потерянных и поврежденных бомбардировщиков превышал «запретную величину» в десять процентов. — Неужто китайские истребители были так хороши? — усомнился Вася. — Так ещё же имелась ПВО, — напомнил Вольф, и Вася покраснел. — Так или иначе, «Зеро» стали спасением, — заключил капитан Хирата. — По огневой мощи «Зеро» превосходили любой самолёт, который мог встретиться им в воздухе. А скорость позволяла преследовать и настигать любой самолёт противника этого же класса. Превосходство в скорости, быстроте набора высоты, великолепная манёвренность… Впрочем, всё это вы знаете и сами, и при том по личному опыту. Вася открыл было рот, чтобы сообщить, какой «чудесный опыт» он получил в только что закончившемся бою, но передумал и промолчал. — По-настоящему «Зеро» проявили себя двенадцатого сентября, — продолжил рассказ капитан Хирата. — В тот день лейтенант Йокояма опять возглавлял двенадцать А6М, сопровождавших двадцать семь G3M, летевших на всё тот же Чунцин. Сопротивления в воздухе они опять не встретили. Зато заметили пять вражеских самолётов на аэродроме и ринулись вниз. Вражеские машины оказались макетами. Тогда «Зеро» расстреляли аэродромные вооружения. — Звучит не слишком славно, — буркнул Вася. — В тот же день состоялся и первый воздушный бой «Зеро» с И-16 и И-15 — «ласточками» и «чижами», — капитан Хирата кивнул. — Два китайских лётчика погибли, ещё один самолёт был подбит, и он пошел на вынужденную посадку. Летчик скончался от потери крови. На следующий день японцы привели в действие свой коварный план. — Какой? — поинтересовался товарищ младший лейтенант. Капитан Хирата задумчиво проговорил: — В те дни японцы были уверены, что китайцы нарочно от них прячутся. Что тех страшит новый суперсамолёт «Мицубиси». Поэтому им хотелось выманить китайских истребителей из их тайных убежищ. Тринадцатого сентября лейтенанты Синдо и Сиранэ, возглавляя группу «Зеро», сопровождали бомбардировщики G3M. Это был уже тридцать пятый налет на Чунцин. После завершения бомбежки G3M развернулись и пошли на Ханькоу. В два часа дня, когда бомбардировщики уже исчезли из виду, разведывательный самолёт сообщил лейтенанту Синдо по радио, что над Чунцином появились китайские истребители. Вот тогда «Зеро» сделали круг, набирая при этом высоту, повернули назад к городу и напали на китайцев, которые фактически «проспали» эту атаку. «Зеро» спикировали со стороны солнца и принялись поливать китайцев огнем. Те впали в панику. Говорят, три китайских летчика выпрыгнули из совершенно исправных истребителей, а два удиравших самолёта столкнулись и взорвались на горном склоне. По японским данным, за тридцать минут этого боя «Зеро» уничтожили в общей сложности двадцать семь И-15бис и И-16. И в довершение разгрома, когда последний вражеский самолёт уже исчез, три «Зеро» полетели к аэродрому и там ещё расстреляли несколько китайских самолётов, только что вернувшихся с задания. Вася присвистнул: — И что, для «Зеро» все эти геройства прошли без последствий? — Немного были повреждены четыре самолёта. Все летчики вернулись целыми и невредимыми, — улыбнулся капитан Хирата. — Это был успех. Главнокомандующий флотом Китайского района вице-адмирал Симада немедленно направил эскадрилье истребителей Зеро особую благодарность. А начальник морского бюро аэронавтики вице-адмирал Тэйдзиро Тойота направил благодарственное письмо каждой из трёх компаний — «Мицубиси», «Накадзима» и «Даи нихон хэйки» (японская оружейная компания), которые производили корпуса самолётов, двигатели и пушку. — Кстати, несмотря на манеру завышать потери противника и свои победы, японцы в этом случае если и преувеличивали, то самую малость, — добавил вахмистр Вольф. — Косвенное доказательство — тот факт, что всех китайских летчиков после этого погрома вывели из боев. Они занимались только тренировочными полетами. — Интересно, как бы справились с новым японским суперсамолётом советские лётчики-добровольцы, — мечтательно вопросил Вася. — Жаль, что история не дает ответа: наши асы «не дожили» до появления «Зеро» в Китае лишь несколько месяцев. — Кстати, Вася, ты знаешь, что советские разведчики появление «Зеро» поначалу прохлопали? — ухмыльнулся вахмистр Вольф. — Они упорно не признавали появления у противника нового истребителя. В сводке от восемнадцатого сентября сорокового года, адресованной начальнику ВВС КА генерал-лейтенанту авиации Рычагову, сообщалось: по сведениям из Чунцина, японцы начали вести бомбометание с пикирования. Группа из шести самолётов подходит на высоте три тысячи метров, затем самолёты выстраиваются в кильватер, по одному производят пикирование на цель под углом не более пятидесяти градусов. Бомбы сбрасываются с восьмисот, иногда с четырехсот метров. — И какие самолёты названы в качестве «пикирующего бомбардировщика» японцев? — Вася, казалось, не верил собственным ушам. Герман Вольф наслаждался его удивлением: — Пишут, что это обычнее легкие бомбардировщики ЛБ-97, то есть «тип 97». В отчете они выглядят неопасными. Из шести пикирующих бомбардировщиков зенитки сбили два. Причем непонятно, как этот «тип 97» — «Накадзима» B5N, что ли? — вообще проделал такое расстояние до Чунцина. Скорее всего, описаны действия «Зеро», не распознанных как таковые. Хотя два уничтоженных А6М в списках потерь у японцев значатся — правда, путаница в источниках по этому поводу такая, что сейчас уже конкретно не разобраться. — И долго наши плутали в потемках? — спросил Вася. — Двадцать четвёртого сентября Рычагов получил новые сведения, — кивнул Герман Вольф. — В донесении был по новой описан бой тринадцатого сентября над Чунцином. Посты ВНОС не донесли о типах приближающихся самолётов и высоте их полета. Китайцы решили, что это будут только бомбардировщики. Подняли тридцать пять истребителей по тревоге. Они вылетели с двух аэродромов — Байшин и Суйнин — и соединились в сорока километрах от Чунцина. И далее — по тексту: около полудня они были неожиданно атакованы японскими истребителями, летевшими на высоте от четырех с половиной до пяти тысяч метров. Здесь уже подробно описаны японские самолёты: истребители «типа Северского» — «моноплан с убирающимся шасси, хорошей вертикальной скоростью, вооружение — пушки и пулемёты (количество не установлено). И-15 уступают им в скорости». — Четвёртого октября сорокового года японцы нанесли не только военное, но и психологическое поражение китайцам, — снова вступил в разговор капитан Хирата. — В тот день семь «Зеро» во главе с Йокоямой и Сиранэ, сопровождая двадцать семь бомбардировщиков, совершили массированный налет на Чэнду. Штаб китайских ВВС отдал приказ всем самолётам рассредоточиться. — Обычно это слово означает «спасайся кто может», — с недовольным видом вставил Вася. Капитан Хирата кивнул: — Так и было. Шесть «Хоуков»-75 полетели в Гуаньсянь. В пути их настигли «Зеро». Один самолёт был подбит, лётчик Ши Ганьчжэнь выпрыгнул, но парашют не раскрылся. Ещё два лётчика были ранены и вернулись. Один «Хоук»-75 японцы сожгли на земле на авиабазе. Один И-15бис из-за неполадок разбился на вынужденной посадке вне аэродрома, летчик был смертельно ранен при этом. — А в чем психологическая победа? — спросил Вася. — Четыре лётчика — командир звена Хигасияма и младшие офицеры звена Хагири, Накасё и Оиси — посадили свои самолёты, не выключая двигателей. Остальные «Зеро» кружили над аэродромом, обстреливая из пулеметов китайских солдат на земле и не давая им приближаться к товарищам. Японские пилоты попытались поджечь на земле оставшиеся нетронутыми китайские самолёты, стоявшие на аэродроме, — русские истребители и учебные машины, замаскированные под скирды рисовой соломы. Наконец китайские солдаты прорвались и открыли стрельбу. Японцам пришлось бежать к своим самолётам и немедленно взлетать. — Вообще-то это называется «сверхнаглость», — пробурчал Вася. — Впечатление произвело, — кивнул капитан Хирата. — Признаюсь: японские воспоминания об этом периоде Зеро напоминают «охотничьи рассказы», где фигурирует неслыханное количество дичи, убитой с первого же выстрела. Но если вспомнить, что при налетах китайцы разбегались с аэродромов и летное поле оставалось безлюдным, в подобное самурайское «гусарство» поверить можно. Случалось, японцы вообще поднимали на китайском аэродроме флаг с восходящим солнцем и поджигали всё, до чего дотягивались. — Выходит, «Зеро» фактически выкосили китайскую авиацию, — заметил Вася. — Точно, — подтвердил капитан Хирата. — К концу сорокового года у китайцев оставалось шестьдесят пять самолётов. Советские же добровольцы, как мы помним, были отозваны. Единственный способ сохранить воздушную боевую мощь — всеми силами избегать воздушных боев и совершать как можно меньше боевых вылетов. — А противопоставить Зеро было, в общем-то, нечего, — припомнил младший лейтенант. — На эту роль назначили И-153 «Чайку». Однако наш ответ «Зеро» был, в общем-то, «асимметричным». На Халхин-Голе «Чайка» неплохо показала себя в боях с Ki.10, А5М («тип 96») и Ki.27 («тип 97»). Чудом техники «Чайка» не являлась, но всё-таки она была новинкой. В Китае их насчитывают в сорок первом году от семидесяти до девяноста трёх машин — по разным данным. И всё же И-153 по своим летно-техническим характеристикам значительно уступает «Зеро». Плюс на конкретных присланных машинах проявлялись производственные дефекты — делали их в спешке. Да и у китайских летчиков летный и боевой опыт был невелик. — Скоро на практике всё стало более чем очевидно, — заметил капитан Хирата. — Четырнадцатого марта сорок первого года «Зеро» совершили новый налет на Чэнду. Над городом и аэродромом произошел памятный обеим сторонам воздушный бой, показавший подавляющее преимущество летных и боевых качеств японской авиации. У китайцев этот бой стал своего рода нарицательным. Они часто писали иероглифами «воздушный бой 314» — т.е. «бой четырнадцатого марта». Полный список потерь отсутствует, но можно понять, что из семнадцати только что полученных «Чаек» одиннадцать участвовали в сражении — и погибли все. Японцы утверждали, что уничтожили двадцать четыре истребителя. Китайцы о потерях молчат, лишь пишут свой скорбный иероглиф «314». И вновь последовал приказ о прекращении боевых действий ВВС Китая. И снова авиачасти Китая старались всячески избегать участия в боях, всё время находясь в полной готовности, ожидая приказа «рассредоточиться» (говоря проще — смыться). — Ну а потери-то среди «Зеро» были? — не выдержал Вася. — Я понимаю, что это лучший самолёт всех времён и народов, но даже лучшие самолёты бьются. — Помимо тех сомнительных двух, которые то ли были, то ли нет потеряны? — прищурил и без того узкие глаза японский летчик. — Да. Двадцатого мая сорок первого, не сумев отыскать над Чэнду китайские истребители, «Зеро» расстреляли и подожгли резервуары с горючим и уничтожили два самолёта на аэродроме. Во время этого рейда огнём ПВО изрешетило самолёт командира звена Кимуры. В результате он врезался в землю. Это был первый «Зеро», потерянный в бою. Ещё три были повреждены огнем ПВО. Двадцать второго мая во время очередного «рассредоточения» и перелета на безопасный аэродром «Зеро» перехватили две группы «Чаек» (семнадцать и восемнадцать машин). Они были уничтожены полностью — в основном на земле во время дозаправки. Пять «Зеро» получили повреждения. Двадцать третьего мая был потерян ещё один «Зеро». Тогда шесть А6М расстреляли очередной аэродром. К концу дня три японских истребителя, сопровождавшие два разведывательных самолёта на небольшой высоте, внезапно попали под плотный зенитный огонь. В результате А6М летчика Кобаяси врезался в землю. — И всё равно, — вздохнул Вася, — в те годы «Зеро» действительно казался самолётом, который никто и ничто не может остановить. В китайской кампании этот самолёт дал японцам неоспоримое господство в воздухе. — С другой стороны, японцы заполучили «синдром отличника», — возразил капитан Хирата. — До сих пор их противниками были китайцы на устаревших самолётах. Когда же «Зеро» столкнутся с новыми американскими самолётами, ситуация изменится. — В любом случае, — подытожил Вася, — вы правы: самолёт обладает прекрасным потенциалом. И мы просто обязаны найти тактику, которая позволит нам выполнить задание. Предлагаю вот что… …Теперь Вася, заранее обговоривший с товарищами по команде будущие действия, не сомневался в успехе. «Зеро» шли плотной группой и весь бой прикрывали друг другу хвосты. Сами никого не атаковали — ждали, пока на них накинутся. Как правило, противники набрасывались на кого-то одного сразу вдвоем. Тот уходил в вираж, а оставшиеся из Васиного звена впивались нападавшим в хвосты. Потом тот, что шёл впереди, перестраивался назад, а свежий занимал его место в «журавлином клине». Вот и черед младшего лейтенанта. И тут произошло неожиданное: на него кинулась не пара, а сразу тройка врагов. При первой атаке они помешали друг другу стрелять, но всё-таки изрядно его потрепали. А главное — выйдя из-под огня, Васе сразу пришлось взять на себя одного из них. Да ещё выбирать следовало правильно, чтобы взять именно свободного, а не того, кем уже занимаются. Потому что если не связать свободного — он, этот свободный, легко с хвоста сбил бы все три «Зеро». Была не была! Вася прикусил губу, молясь, чтобы интуиция его не подвела. Он нацелился на «Киттихоук» и «сидел» на нем, пока тот не упал. Капитан Хирата и вахмистр Вольф сбили по другому самолёту. Все. Победа. Вася вытер пот со лба. Он был доволен, а вот Герман Вольф выглядел каким-то мрачным. — Что? — удивился Вася. — Не понравилось? Вахмистр Вольф ответил: — Знаешь, Вася, твоя тактика помогла выполнить задание, признаю. Но вообще летать в звене, строго соблюдая строй, — это эффективно, но… — Но? — поднял бровь Вася. — Но скучно! — выпалил Герман Вольф. — Разве ты не ощущаешь? Нет упоения схваткой, когда пилот «Зеро» кидается в гущу врагов очертя голову, даже зная, что проживет всего ничего… Вася, не веря своим ушам, перевел взгляд на японского летчика, но капитан Хирата кивал, явно соглашаясь с Вольфом: — Германский камрад совершенно точно описал душу «Зеро». Это самолёт, предназначенный для самурая. Читать на портале

Sgt_Kabukiman: Не всё складывалось гладко между Германией и её союзниками во время Второй мировой войны. Венгерские пилоты далеко не сразу получили от «старшего брата» новейшие германские самолёты. Несколько лет им приходилось сражаться на стремительно устаревающих итальянских машинах... Сказка — Истории о роковых ошибках, когда лётчики сбивали самолёты союзников, не так уж редки, — Брунгильда Шнапс пыталась утешить младшего лейтенанта Васю, который, весь красный, пыхтел не хуже дракона. — Ну подумаешь, какой-то «лось» из вашей команды сгоряча сжег не того парня… — Не просто «парня», — скрипнул зубами Вася, — а меня! Когда я был буквально в одном шаге от победы! — Помните, мы как-то говорили о том, что немецкие пилоты на начальном этапе Великой Отечественной войны нередко принимали венгерские Re.2000 за советские И-16 и сбивали их? — Брунгильда прищурилась. — В июле сорок второго, когда венгры прибыли на Восточный фронт, были приняты кое-какие меры. — Она хмыкнула. — Это была в своём роде примечательная эскадрилья. Она называлась «Донго» — «Оса». В составе её было двенадцать Re.2000, а среди её пилотов в качестве добровольца отправился, можно сказать, в самое пекло старший сын небезызвестного вице-адмирала Миклоша Хорти — старший лейтенант Иштван Хорти. — Он, кажется, был официально объявлен преемником отца на посту главы Венгрии? — припомнил Вася. — Да, — кивнула Брунгильда. — До сведения общественности данный факт довели в феврале того же сорок второго. А вы знали, что Иштван Хорти полтора года работал на автозаводе фирмы «Форд» в Детройте — сначала рабочим, а под конец — инженером? — Мои познания в биографии Иштвана Хорти близятся к нулю, — честно признал Вася. — В таком случае, вам будет любопытно, — уверенно заявила фройляйн Шнапс. — В сорок втором ему было тридцать восемь лет. В Венгрии он работал в государственном концерне, объединившем несколько сталелитейных и машиностроительных заводов. Летную подготовку он закончил ещё в двадцать девятом и с тех пор числился в резерве. Да, а ещё он знал немецкий, французский, английский языки. В сороковом году, получив должность директора венгерской железной дороги, Иштван Хорти женился на княгине Илоне Эбельсхайм-Дьюлаи. Кстати, Илона прошла обучение в качестве хирургической медсестры и тоже отправилась на Восточный фронт. Работала в военном госпитале в Киеве. — А Иштван вытащил свой летный диплом и улетел сражаться, — закончил Вася. — Перелёт из Венгрии оказался непростым, — продолжала Брунгильда. — Один «Реджиане» потерпел аварию во время промежуточной посадки на аэродроме Коломыя, ещё два остались в Киеве для ремонта. И сразу же, как только эскадрилья прибыла на фронт, командир авиасоединения приказал отправить по одному Re.2000 на аэродромы, где базировались истребители Четвертого воздушного флота Люфтваффе. Немцам было приказано как следует ознакомиться с техникой союзников и перестать наконец путать их с И-16. В сорок первом немецкие пилоты уже не раз обстреливали «Реджиане». Повторения инцидентов не хотелось. — И что? — поинтересовался Вася. — Да ничего! — Брунгильда махнула рукой. — Пилоты Люфтваффе и в сорок втором продолжали ту же «порочную практику». Было сбито ими два венгерских истребителя. — Неприятно, — согласился Вася. — Венгры, кстати, «в долгу» не остались, — Брунгильда энергично тряхнула головой. — Утром седьмого августа сорок второго венгерские истребители пытались отогнать советские самолёты, которые нанесли удар по позициям немецкой пехотной дивизии. Однако действия их были безуспешны: «Советы» сделали что хотели и улетели. Венгры погнались за ними… И тут появились три Не.111. Re.2000 с ходу атаковали их. Видимо, венгры в тот момент были настроены обстреливать все, что движется. В результате один «Хейнкель» был сбит. Он упал на своей территории, два члена экипажа получили ранения. Немецкое и венгерское командование обсудило между собой подробности инцидента и решило замять для ясности. — Видать, ничего больше им не оставалось, — согласился Вася. — Тем временем наш сегодняшний герой, старший лейтенант Иштван Хорти и его товарищ, сержант Золтан Немешлаки, на своих Re.2000, занимались патрульным полетом над левым берегом Дона. Это было в том же августе сорок второго, — пояснила Брунгильда. — И вот они замечают группу из двенадцати штурмовиков Ил-2, которую сопровождают двадцать четыре ЛаГГ-3. Венгры используют свое преимущество в высоте и пикируют вниз. Пролетев сквозь боевые порядки советских самолётов, они на большой скорости ушли. — Довольно дерзко, — одобрил Вася. Брунгильда коротко кивнула: — Именно. Причем один ЛаГГ-3 был поврежден огнем старшего лейтенанта Хорти. Хорти даже записал его себе как победу. — Вообще сбить ЛаГГ-3 не очень просто, — усомнился Вася. — Тот манёвр вообще венграм дался недёшево, — сказала Брунгильда. — В самолёте Хорти насчитали восемь пробоин, а Немешлаки вообще остался жив только благодаря бронеплите, установленной за креслом пилота. — Удачно, — вздохнул Вася. — В общем, боевые действия продолжались весь август, — Брунгильда заговорила медленнее. — Вылетали венгерские бомбардировщики — тоже итальянского производства, «Капрони» — Ca.135bis, их прикрывали «Реджиане»… Воздушные бои разворачивались вокруг Дона. И вот двадцатого числа в пять утра с аэродрома Иловское должен был подняться Не-46Е-2. Незадолго перед тем над аэродромом появились два Re.2000, которым поручено было его сопровождать. В ожидании взлета разведчика истребители барражировали над аэродромом на высоте около трехсот метров. И неожиданно один из самолётов сорвался в штопор и врезался в землю. — Досадно, — согласился Вася, не понимая, куда клонит Брунгильда. — Досадно? — переспросила фройляйн Шнапс. — Немного не то слово! Это был Re.2000 старшего лейтенанта Иштвана Хорти. И практически сразу поползли слухи о том, что всему виной стал германский заговор. Что старший лейтенант пал жертвой диверсии, которую устроили немцы. Мол, агенты гестапо заложили взрывчатку в одной из плоскостей его самолёта. — Как-то неправдоподобно звучит, — передёрнул плечами Вася. — Зачем немцам гробить своих же союзников? То есть, я понимаю, случается, происходят ошибки, лётчики сбивают дружественные самолёты… Он осёкся. Фройляйн Шнапс рассмеялась: — Теперь вы уже не злитесь на «лося»? Признаете, что роковые оплошности совершают все? — Признаю, — вынужден был подтвердить Вася. — У адмирала Хорти были расхождения с Гитлером в «еврейском вопросе», — объяснила Брунгильда. — До марта сорок четвёртого Венгрия предоставляла убежище евреям из Восточной Европы. Говорили, что Иштван вообще высказывался против продолжения участия Венгрии в войне. И политику Германии в отношении евреев сильно не одобрял. Неудобный, в общем, человек. — А сам пошёл на фронт, — вздохнул Вася. — Сплошной парадокс. — Считал, видимо, что так будет честно. В любом случае, расследование не обнаружило следов саботажа или диверсии. Напротив — установили, что самолёт находился в технически исправном состоянии. Так что причиной катастрофы признали недостаточную квалификацию пилота. — Удобно, — нахмурился Вася. — Кстати, не лишено оснований, — заметила Брунгильда. — Для Иштвана Хорти это был двадцать пятый боевой вылет. Общий налет составлял немногим более трехсот сорока пяти часов. И только семьдесят пять из них он летал на Re.2000. — Ну и что? — Вася пожал плечами. — Ну, Re.2000, и что? — Этот истребитель считался достаточно трудным в пилотировании, — заметила фройляйн Шнапс. — Во время его освоения катастрофы вовсе не были редкостью. — И что, венгры так и продолжали летать на старых итальянских самолётах? — поинтересовался младший лейтенант. — Немцы довольно долго жмотились и не хотели давать им новую технику, — подтвердила Брунгильда Шнапс. — Но в конце концов практически все «Реджиане» «истрепались» вконец. И вот первого октября сорок второго из пилотов двух венгерских эскадрилий сформировали одну «временную», которую подчинили лейтенанту Дьёрдю Банлаки. Этих летчиков отправили на аэродром Старый Оскол, где базировался истребительный полк гауптмана Хубертуса фон Бонина. За пять дней, во фронтовых условиях, венгры при помощи немецких камрадов освоили «Мессершмитты». — «Мессер» — хороший самолёт, если к нему приноровиться, — одобрил Вася. — Я знаю о вашем пристрастии к творению Вилли Мессершмитта, — засмеялась фройляйн Шнапс. — И, в принципе, хорошо понимаю вас… Она чуть помрачнела: её собственные успехи на Bf.109 были более чем скромными. Но заострять внимание на этой теме германская летчица не захотела и вернулась к куда более успешным венграм: — Подчинённые лейтенанта Банлаки получили от Люфтваффе двенадцать Bf.109F и в качестве Первой венгерской эскадрильи истребителей-бомбардировщиков вошли в состав третьего истребительного полка. — А как они назывались по-немецки? — вдруг заинтересовался Вася. — Ungarische Jabostaffel, — ответила Брунгильда. — Название понятно? «Ja» — от «ягдт», то есть «охотник», «истребитель»; «Bo» — на всех языках «бомбардировщик». Ну и «Staffel» — «эскадрилья». Знакомо ещё по Великой войне. — Ясно… — Вася вздохнул. — А почему, собственно, немцы так долго тянули с перевооружением союзников на более современную технику? — Это как раз просто, — откликнулась фройляйн Шнапс. — У Гитлера имелись политические разногласия с Хорти. И вообще, кажется, фюрера здорово раздражали венгерские союзники. Осенью венгерское правительство попросило о поставках немецких истребителей, на что Гитлер сообщил, что «господа венгры» предпочитают вылетать на боевых самолётах на «увеселительные прогулки». А у него, мол, мало бензина и ему нужны летчики, которые будут сражаться, а не прохлаждаться. — Но ведь это несправедливо! — не выдержал младший лейтенант. — Кто говорит о справедливости? — Брунгильда передёрнула плечами. — С другой стороны, как бы ни ворчал фюрер, а «Мессершмитты» венграм все-таки дали. Впрочем, почти сразу началась знаменитая плохая погода, которой отличаются коварные русские зимы. Так что активность венгерских — да и немецких — лётчиков была довольно низкой. Венгерская авиация в то время была сведена во Вторую авиабригаду, подчиненную Четвертой воздушной армии Люфтваффе. — Так чем они занимались? — осведомился товарищ младший лейтенант. — Когда не искали дрова для печки и не таскали куриц у местного крестьянства? — Сразу уж — «таскали куриц», — упрекнула Васю Брунгильда Шнапс. — Какой-то у вас однобокий взгляд… Летали, когда могли. Четвертого января сорок третьего, например, одиночный Bf.109F атаковал позиции советских войск в тридцати километрах от аэродрома Россошь. А на следующий день то же самое повторили уже четыре «Мессершмитта». — Так, стоп, — Вася поднял ладонь. — Аэродром Россошь? Я просто хочу уточнить — там базировалась венгерская эскадрилья? — А я разве не сказала? — Брунгильда Шнапс выглядела удивлённой. — Прошу меня простить. Слишком много мыслей… Да, с седьмого декабря сорок второго эскадрилья лейтенанта Банлаки действовала с этого аэродрома. И вот шестнадцатого декабря в ходе двух вылетов лейтенант Имре Панцел сбил четыре Ил-2. И ещё одна победа была ему засчитана раньше. Таким образом, он добрался до «заветного счета» в пять побед и стал первым венгерским асом в ходе Второй мировой войны. — Ясно, — протянул Вася. — Имре Панцел погиб одиннадцатого января сорок третьего, — задумчиво молвила фройляйн Шнапс. — В тот день четыре Bf.109F под прикрытием трех Re.2000 атаковали советские позиции в районе Урыва. Тогда огнем зенитной артиллерии и был сбит самолёт Панцела. Ещё один «Мессершмитт» получил повреждения и пошел на вынужденную посадку. — Насколько я помню, вторая половина января сорок третьего — масштабное наступление войск Воронежского фронта, — заметил товарищ младший лейтенант. — Немецкая группа армий «Б» потерпела поражение, итальянская и венгерская армии были практически уничтожены. — Вы правы, — кивнула Брунгильда Шнапс. — И при этом из-за нехватки самолётов венгерская авиация не могла оказать своим частям должной поддержки. Прямо скажем — вообще никакой. На тринадцатое января в составе Второй авиабригады было пятнадцать истребителей: семь «Реджиане» и восемь «Мессершмиттов»… — Так чем они занимались, имея столь скудную материальную базу? — не выдержал товарищ младший лейтенант. — Если коротко — удирали, — фройляйн Шнапс хмыкнула. — Советские войска продвигались вперёд очень быстро, и венгерские эскадрильи перебирались с аэродрома на аэродром. И попутно вывозили все, что могли. Гоняли туда-сюда FW-58 и Ju-86, нагруженные имуществом и техническим составом. Шестнадцатого января сорок третьего аэродром Иловское был окружен советскими войсками. Bf.109F взлетели под носом у «Советов» и перебрались на аэродром Уразово в ста тридцати километрах восточнее Харькова. А вот бедняги «Реджиане» подняться не смогли — у них не завелись двигатели. Нежные «итальянцы» не были приспособлены к русским морозам, так что их пришлось взорвать. — Жалко, — не выдержал Вася. — Мне почему-то всегда бывает жаль самолёты. — Мне тоже, — согласилась фройляйн Шнапс, и Вася вспомнил о пристрастии германской летчицы к различным авиамузеям. Она всегда с нежностью говорила о самолётах, оставшихся после войны и сохранившихся до наших дней. — Однако мытарства венгерских лётчиков только начинались. Те, кто не смог улететь, вместе с наземным персоналом вышли из окружения вместе с остатками венгерской армии. Но девятнадцатого января советские войска вышли к Уразово. И снова то, что могло летать, поднялось в воздух и перебралось в Харьков и Старый Оскол, а прочее — в том числе семь Bf.109F — было уничтожено. Попытка вырваться из окружения закончилась гибелью пятидесяти человек личного состава во главе с командиром авиабригады. Тем временем Гитлер и Хорти вели между собой захватывающую переписку, разбираясь, кто виноват в поражении и насколько «Венгрия утратила честь»… — Ну а чем ещё заниматься? — Товарищ младший лейтенант нехорошо ухмыльнулся. — Самолётов нет, летать не на чем. Надо же коротать долгие зимние вечера. — Ну вот что вы глупости говорите, товарищ Вася! — не выдержала Брунгильда. Вася подмигнул ей и расхохотался: — Не сердитесь, Frau Leutnant! У вас очень забавный вид, когда вы принимаете мои шутки всерьёз и сердитесь… Брунгильда сильно покраснела: — Я думала, мы о важных вещах разговариваем. — И это тоже… — Вася махнул рукой. — Я вам сюрприз приготовил. Заканчивайте рассказ — и покажу, какой. Брунгильда выглядела заинтересованной: — Я вас почти простила, Вася. Почти. — Расскажите лучше, на чем летали венгры после поражения, — попросил Вася. — Они ведь не все свои самолёты сожгли? — Ситуация сложилась так, — заговорила после паузы Брунгильда Шнапс. — В марте на фронте осталась только Вторая авиабригада. Прочие подразделения венгерской армии были отведены в тыл. Авиабригада по-прежнему была подчинена Четвертому воздушному флоту Люфтваффе. Это означало на практике, что административные вопросы решало венгерское начальство, а боевые приказы отдавало немецкое. — А не означало ли это на практике, что союзниками немцы «затыкали дырки»? — осведомился Вася, настроенный скептически. — В любом случае, даже для того, чтобы «затыкать дырки» эффективно, пришлось дать венграм самые современные самолёты, — отозвалась Брунгильда. — Таким образом, венгерские лётчики получили Bf.109G-2. Правда, им было разрешено использовать их только на Восточном фронте. Брать с собой на память, в Венгрию, эти самолёты запрещалось. — Никаких сувениров, стало быть, — вздохнул Вася. — Ничего не поделаешь… Когда прибыло подкрепление с устаревшими WM-21 А/В — самолёты венгерского производства, — новичков быстро перевооружили на FW-189А. По-настоящему активные действия венгерской авиации мы увидим только над Курской дугой, — продолжала Брунгильда. — Пятого июля сорок третьего, в первый день наступления, венгерские пилоты сбили пять советских самолётов. Венгерские «Мессершмитты» сопровождали немецкие бомбардировщики. Кроме того, они и сами действовали как истребители-бомбардировщики и совершали по пять вылетов в день. — Впечатляет, — согласился Вася. — Седьмого июля старший лейтенант Дьёрдь Уйсась в паре с ведомым шёл севернее Белгорода, — рассказывала Брунгильда. — В районе реки Северный Донец он атаковал шестерку Ла-5. Уйсась бодро выпустил очередь в один из советских истребителей. «Лавочкин» страшно задымил и ушел в сторону своего аэродрома. Эту «победу» Уйсасю не засчитали. У этого старшего лейтенанта было уже в запасе три победы. Так что, сбив тринадцатого июля в районе Курска два Ил-2, Уйсась стал вторым венгерским асом. — Я так понял, венгры летали на Bf.109F, Bf.109G, FW-189А, Ju-88… — начал перечислять Вася. — Практически на всем, что с крыльями и мотором. Была даже венгерская эскадрилья на «Штуках»… — Ясно, — сказал Вася. Разговаривая, они добрались до ангара Брунгильды Шнапс и остановились у раскрытых ворот. — Вот мой сюрприз, фройляйн Шнапс, — сказал Вася. — Предлагаю вылететь парой на Bf.109F и посмотреть, чего мы стоим. Брунгильда долго молчала. Потом осведомилась: — Вы это серьёзно? — Абсолютно! — заверил её Вася. — Я думаю, вы достаточно хорошо подготовлены, чтобы задать противнику жару по полной программе. В паре у нас получится. — Согласна! — зардевшись, сказала Брунгильда Шнапс. Читать на портале

Priolia:  

Priolia:  

Priolia: Ребята, Ну нельзя дорисовать отдельную тень к колесам, если есть тень, отбрасываемся самолетом при имеющемся ракурсе освещения ) Там свет как-бы падает спереди, если от колес она будет падать иначе, выглядеть это будет еще более странно) И да, пусть эта конкретная "неувязка" будет нашей самой большой "неувязкой"... Если вы понимаете, о чем я)

Priolia: Ну я лично когда закрываю темы по ОТ, всегда пишу всем большое спасибо за отзывы. Каждому писать, согласитесь - лишний флуд создавать в такой теме. Ну и особо понравившиеся отзывы всегда плюсую. 

Priolia: То, что вы называете нерфом сплэшей, живет уже с 1.5. В 1.6 ничего не меняли.

Priolia: Может быть  на это частично повлияло увеличение общего количество очков прочности наземных объектов для VIII–X уровней боя, заявленное в патчноуте? Но одновременно с этим, увеличена эффективность курсового вооружения против наземных целей.  НО вот сплэши ракет и бомб в этом обновлении не трогали. 

Grenoli:   Как сбивалось в 1.5.1, так сбивается и в 1.6. Не ищите нерфа там, где его нет и в помине.

Lesley_Knife:   Потому что никакого нерфа не было. Изменения не касались ни урона, ни сплэша.

Grenoli:   Давным давно режим сопровождения был не только обещан, правда, не знаю, кем и где, но и отменен.

Grenoli: Бортстрелок, на крайний случай - бомбы. В идеале есть еще 14 союзных самолетов.

Lesley_Knife: Перенесено в раздел Общение. Пока вопрос не актуален.

Grenoli:   Уж точно не курсовым вооружением, я думаю.

Priolia: На самом деле бага там нет. Просто если бы свет падал под другим углом, тень ложилась бы иначе и то, что колеса стоят на полу ангара, было бы более очевидно ) Согласна, что выглядит "не очевидно", однако бага там нет.    

Priolia: Извините не сдержалась, но вот то что я называю добротным средним фидбэков. не каждый может в развернутый формализированный отзыв по пунктам, но такой отзыв-то написать могут многие. Тут нет лишних эмоций, возмущений, все просто, четко и по делу. С такими отзывами удобно и приятно работать. Спасибо вам! 
 

Anna_Leopo1dovna:   В сетапе команды самолеты не должны повторятся, по этому эти самолеты тоже могут подходить

Lesley_Knife:   Или стая птиц пролетела. Выбора ангара не было. Летное поле было у имеющих премиум.

Lesley_Knife:   Посмотрите в клиенте в разделе Предстоящие во вкладке БЗ.