Подвиги разведчиков

Sgt_Kabukiman: Пробные шаги морской авиации эпохи Первой мировой войны. Перед сражением при Ютланде британские лётчики отправляются на поиски эскадры Германии. Рассказ 31 мая 1916 года, 11 часов 44 минуты, недалеко от берегов Ютландии Адмирал Битти был мрачен. — Где же, в конце концов, немцы? — Он заложил руки за спину, прошелся по каюте. — Нам срочно необходимы сведения о расположении противника. Сэр Дэвид Битти нервничал не напрасно. Эскадра линейных крейсеров передвигалась в полном неведении о том, что направляется навстречу кораблям Германии. Сражение близилось, адмирал ощущал это всеми инстинктами военного. И так же обостренно он чувствовал необходимость информации. Наконец Битти вызвал дежурного офицера. — Свяжитесь с «Энгадайном», — приказал он. Авианесущий транспорт «Энгадайн» был прикомандирован к его эскадре. Разногласия по поводу того, насколько полезны или бесполезны такие корабли, в высших сферах еще продолжались. Тем не менее какую-то пользу самолеты на море уже успели принести, и отрицать это мог лишь глупец. А сэр Дэвид Битти глупцом себя отнюдь не считал. — Пускай вышлют самолет-наблюдатель. ...Лейтенант Рутленд получил приказ и вместе со своим наблюдателем Джорджем Тревином начал готовить свой «Шорт» к старту. — Затея вообще-то больше напоминает самоубийство, — заметил между делом Тревин. — Погляди, какая чудная погодка! Погодка и в самом деле стояла «чудная» — низкая облачность, моросящий дождь, видимость отвратительная. — Как мы полетим? — продолжал Тревин. — Как приказали, так и полетим, — отрезал Рутленд. — И что мы увидим при такой погоде? — настаивал Тревин. — Полетим низко и будем смотреть внимательно, — отозвался Рутленд. — Хватит болтать, Джордж. Мы получили приказ. От наших действий, возможно, зависит участь всего флота. — Вот это-то и беспокоит меня больше всего, — вздохнул Тревин. Самолет поднялся в небо и сразу же скрылся из глаз. Биплан слушался хорошо. Двигатель гудел уверенно, спокойно. Сырость мешала дышать, очки запотевали. — Да они совсем близко! — внезапно произнес Тревин. Он заметил внизу вражеские корабли. — Спустись пониже, я хочу их пересчитать. Видимость и правда отвратная, корабли сливаются с волнами. Немецкий военный флот действительно оказался гораздо ближе, чем изначально предполагали англичане. Тревин начал подсчет. — Сколько? — спросил наконец Рутленд, теряя терпение. — Три крейсера и десять эсминцев. — Передавай на флагман. Тревин за авиационный искровой радиопередатчик, — последнее достижение научной мысли! — и начал диктовать координаты, курс и скорость немецких судов. — Неизвестно, слышат ли они нас, — сообщил он летчику после нескольких попыток донести полученную информацию до адмирала Битти. — Связь односторонняя, «воздух-корабль», ответить флагман не может. — Продолжай попытки, — приказал Рутленд. — Если корабли встретятся неожиданно, последствия могут быть ужасными. — Будто я не знаю, — вздохнул Тревин. 2 июня 1916 года, Лондон В лондонском Адмиралтействе шли дебаты. В конце концов было зачитано письмо адмирала Битти. Адмирал сообщал, что — независимо от того, удалось летчикам передать координаты вражеского флота или же обмен информацией сорвался по техническим причинам, — успех разведывательной авиации налицо. Сам факт обнаружения противника с самолета намного раньше, чем с крейсера, достоверно установлен. Таким образом, считал адмирал, конец дебатам на данную тему положен. Необходимо оснащать самолетами артиллерийские корабли, а не только бывшие угольные транспорты или пассажирские паромы, вроде «Бен-май-Шри». Линейные корабли должны получить по два самолета: одну двухместную машину на платформе носовой башни и одноместную на платформе кормовой башни. Легким крейсерам доставалось по одному самолету. Естественно, все это предстоит переделывать на ходу, пробовать в условиях военных действий… Но рано или поздно британский флот победит. Англия всегда была владычицей морей. Пора захватывать владычество и в воздушном пространстве над морем. 13 июня 1916 года, 5 часов утра, район острова Перим Командир морских летчиков на «Бен-май-Шри» Чарльз Рамни Самсон и его постоянный наблюдатель, летавший с ним с мая шестнадцатого года, лейтенант Веджвуд Бенн, обсуждали следующее задание. Их постоянным противником были турки. В основном самолеты с авианосца «Бен-май-Шри» вылетали для разведки и корректировки огня корабельных орудий. Однако и бомбежками они не брезговали: «Шорт» мог брать на борт небольшие бомбы. Летчики познакомились на Святой Земле. Именно там в мае находился авианосец. …Самсон недоверчиво смотрел на немолодого аристократа. Тот, в свою очередь, также не без удивления отметил, что его пилот и командир — человек пожилой. Тридцать четыре года! А Бенну — тридцать семь. Кроме того, Бенн принадлежит к высшим кругам английского общества. Баронет. Занимал важные должности в правительстве. Но стоять в стороне от войны не намерен. Они познакомились, обменявшись весьма сдержанным рукопожатием. — Поскольку я командир эскадрильи, а вы — мой наблюдатель, — заметил Самсон, — следовательно, вы становитесь шеф-наблюдателем эскадрильи, сэр. Прошу это учитывать. — О, мне все понятно, — вежливо ответил аристократ. Их первый совместный вылет — восемнадцатого мая 1916 года — едва не закончился катастрофой. Они производили разведку в области Яффы, и когда возвращались на корабль над Средиземным морем, Самсон  слишком низко опустил самолет. Огромная волна, словно палец морского царя, дотянулась до летательного аппарата и «схватила» его за один из поплавков. Удар оказался достаточно сильным, чтобы самолет потерял равновесие и рухнул в воду. Летчики успели выбраться, но аппарат затонул. К счастью, авария произошла недалеко от родного авианосца, так что моряки с «Бен-май-Шри» вытащили обоих на палубу. — Вот это приключение! — Вся напускная холодность, слишком хорошие манеры и подчеркнутый аристократизм слетели с баронета Веджвуда Бенна. С той поры они и сдружились по-настоящему. — Наша задача — уничтожить турецкие пушки Шейх Саида. Как обычно, «Шорт» вылетает для корректировки артиллерийского огня. Мы наводим, моряки стреляют. — На словах все понятно, — слегка улыбнулся Бенн. — Ну а что ожидает нас в жестокой реальности — покажет сама жестокая реальность, — хмыкнул Самсон. — Вылетаем! Они начали готовить самолет. — Что-то с двигателем, — Самсон прислушался. — Мне не нравится, как он стучит. Словно желая подтвердить его слова, двигатель чихнул и заглох. — Времени нет, — сказал Самсон. — Скоро наступит день, нас легко будет обнаружить. — Он повернулся к третьему летчику своей команды — старшему лейтенанту Бэнкс-Прайсу: — Готовы заменить нас на этом задании? — Полагаю, да, сэр, — ответил Бэнкс-Прайс. Он летал на одноместном «Шнейдере». Самолет поднялся в воздух незадолго до рассвета, и скоро с корабля заметили сигналы: лейтенант сбросил на турецкие позиции две зажигательные бомбы. — Цель обнаружена! «Бен-май-Шри» открыл огонь. Тем временем лейтенант продолжал кружить над лагерем и окопами неприятеля. У него имелось еще пять маленьких бомб, и он не хотел улетать, не использовав все «гостинцы». Тем временем в лагере противника начался хаос. Постоянные выстрелы корабельных орудий и падающие с неба бомбы усиливали панику с каждым мгновением. Тем не менее биплан снизился и пролетел над землей, рискуя быть сбитым,  — не все турки в ужасе удирали, некоторые стреляли во все стороны, а один даже добрался до пулемета. Бэнкс-Прайс должен был хорошо рассмотреть, что происходит, чтобы потом доложить в подробностях. — Да, сэр, — говорил он уверенно Самсону, — я точно видел, что четыре бомбы попали в цель и уничтожили турецкую крупнокалиберную пушку. «Бен-май-Шри» интенсивно обстреливала береговая артиллерия противника. Один снаряд зацепил носовую часть корабля, однако существенного урона не нанес. Между тем самолет дозаправился и снова поднялся в воздух. Было уже около полудня. Сражение не прекращалось, от артиллерийского огня, от взрывов гудело небо. Теперь «Шнейдер» направлялся в глубь вражеской территории, имея на борту одну большую бомбу, две поменьше и две зажигалки. Летчик также прихватил с собой фотоаппарат. Старший лейтенант чувствовал себя совершенно  спокойно. Он был уверен в себе и в своем самолете. Машина послушно несла его над окопами, изрыгающими бессильное пламя. Вот и здание с флагом — видимо, штаб или командный центр. Одна бомба пошла… Фонтан огня. Еще один. Отлично. Бэнкс-Прайс взялся за фотоаппарат и начал делать снимки. Результаты бомбежки будут доставлены в штаб, там их изучат и уже решат, что делать дальше. …Тем временем Самсон перечитывал телеграмму, полученную из Лондона. Начальство вопрошало, по какой такой причине «Бен-май-Шри» — его артиллерия, а также приданные авианосцу аэропланы, — столь расточительно расходуют боеприпасы. «За последний месяц, — писали лорды Адмиралтейства, — вы потратили бомб и снарядов больше, чем за предыдущий год. Мы желали бы знать, в чем дело». Самсон долго всматривался в море, в небо, затем налили себе шотландского виски из заветной бутыли и выпил. Несколько дней назад во время разведывательного полета «Шорт» Самсона хорошо обстреляли с земли. Пули прошили фюзеляж, и одна из них застряла у Самсона в каблуке сапога. Он вытащил ее потом ножом, когда они с Бенном все-таки ухитрились вывести самолет из-под огня и посадить его на палубу «Бен-май-Шри». «Может быть, прислать лордам Адмиралтейства эту пулю — как мой скромный вклад в резерв боеприпасов, которые мы, видите ли, слишком беспечно транжирим?» — подумал он и скрипнул зубами. Следует взять себя в руки. В конце концов коммандер Самсон написал вежливый ответ: «По поводу последнего запроса касательно расточительного отношения к боеприпасам, имею сообщить лишь одно: у нас тут, к сожалению, идет война, и противник то и дело требует повышенного внимания к своей персоне».  Читать рассказ на портале.