«Великолепная жизнь»

Sgt_Kabukiman: 269-я эскадрилья сражается в небе над Северным морем и Норвегией.   Рассказ 1 января 1939 года, Хестон Капитан Ранкин принадлежал к числу тех людей, которым достается вся тяжелая работа, связанная с началом какого-либо нового дела. Он никогда не жаловался на трудности. После войны он напишет книгу, которую назовет «Это была великолепная жизнь». В конце прошлого года обстоятельства вырвали его, так сказать, из объятий «родной» Двести шестьдесят девятой эскадрильи. Его детища, которое он взлелеял, воспитал, фактически — научил летать. — Как вам известно, капитан, — сообщили ему в штабе Берегового командования, — скоро несколько наших эскадрилий получат новые самолеты — «Хадсоны» фирмы «Локхид». Подумайте, кого из молодых офицеров вы можете рекомендовать отправиться в Хестон для обучения полетам на «Локхидах». Впоследствии этому офицеру предстоит передавать полученные знания своим товарищам. Кто из известных вам пилотов достаточно квалифицирован для подобной работы? — Я, — помолчав, ответил Ранкин. — И это не бахвальство, сэр. Из всех наших летчиков я единственный обладаю достаточным опытом и наибольшими знаниями — просто благодаря выслуге лет, — скромно прибавил тридцатилетний капитан. Он умолчал о своем жадном, неуемном любопытстве. Если было что-то, что могло вызвать у Ранкина алчность, так это возможность первым познакомиться с новым самолетом. — Следовательно, на эту должность назначаетесь вы, — кивнул начальник штаба. И прибавил: — По какой-то причине я совершенно не удивлен. 13 февраля 1939 года, Хестон — Опять вы? — В штабе Берегового командования очередное появление капитана Ранкина вызвало удивление. — Какие-то новые идеи, капитан? Ранкин положил лист бумаги на стол: — Это рапорт. В Хестоне на базе нам стало известно, какие части будут перевооружены на «Хадсоны». Они располагаются по всей Великобритании — в Шотландии, Йоркшире, Бирчеме Норфолке, Суссексе… Для того, чтобы обучить их все, потребуется как минимум год. Этого года у нас, судя по всему, нет. Нужно работать быстрее. — Что вы предлагаете? — Мое предложение: составить группу из опытных летчиков, обученных на «Хадсонах». Пусть они перелетают от эскадрильи к эскадрилье и там дают уроки местным пилотам. — Какая-то чересчур радикальная мера, — прищурился начальник штаба. — У вас имеются какие-то веские основания считать, что традиционные методы обучения не эффективны? — Да, — прямо ответил Ранкин. — Многие офицеры в военных частях относятся к тренировочной работе спустя рукава. Да, их самих научили управляться с новым самолетом, но они лишь показали своим пилотам основы и отошли в сторону. Нет систематического обучения, нет контроля. У меня вообще складывается впечатление, что многие командиры не осознают важность этой работы. А низкая квалификация пилотов попросту опасна. — Однако вы предлагаете надолго оторвать офицеров от их эскадрилий! — в штабе продолжали сомневаться. — Мой командир, майор Эллисон, полностью меня поддерживает, — настаивал Ранкин. — Дайте мне офицеров и «Хадсоны», и мы будем летать с аэродрома на аэродром. В таком случае дело обучения пилотов будет поставлено должным образом. 1 мая 1939 года, Торнби — Цирк прилетел! — В эскадрилье поднялся шум. На аэродром садились «Хадсоны» — первые «Хадсоны», полученные Королевскими ВВС. Их привели летчики из группы Директора обучающих программ — капитана Ранкина. Группу эту во всех эскадрильях называли «Учебный Цирк Хадсон». Ничего не поделаешь. Представление о празднике, о цирке, о балагане сопровождало авиацию с первых дней ее существования. Пусть смеются, думал Ранкин. Скоро события повернут таким образом, что всем этим парням будет не до смеха. А пока… пусть веселятся. Времени на веселье уже почти совсем не оставалось. 8 апреля 1940 года, воздушное пространство к западу от Шетландских островов Флайт-офицер Грэм — канадец по происхождению — уверенно вел самолет. В эскадрилье служило несколько земляков-канадцев. Грэм и его лучший друг Питер Олдос пришли в Королевские ВВС в тридцать восьмом. Они считали себя опытными пилотами и именно потому не отказывались учиться снова и снова. И когда прилетел «обучающий цирк» под руководством капитана Ранкина, охотно осваивали новые специальности. Ранкин настаивал на том, чтобы каждый член экипажа был в состоянии заменить другого. То же самое касалось и наземного персонала. Поэтому все летчики были обучены также на штурманов, а штурманы получили навыки вождения самолетов. Радисты умели стрелять и обращаться с зенитными орудиями. Многие впоследствии становились стрелками и вылетали в составе экипажей самолетов. Как и предвидел Ранкин, времени на учебу, отдых и веселье не осталось: скоро начались военные действия. Эскадрильи на «Энсонах»  и  «Хадсонах» получили задание — патрулировать побережье, выискивать и атаковать немецкие подводные лодки. В сентябре прошлого года удалось спасти два танкера ценой гибели одного летчика, лейтенанта авиации Баррелла. Экипаж «Энсона» заметил вражеский самолет, пытавшийся разбомбить английский транспортник, и пошел в атаку. «Энсон» уже зашел врагу в хвост, когда немец внезапно открыл шквальный огонь и убил пилота наповал. Вот тут и пригодилась выучка «цирка»: штурман, сержант Уиллитс, с трудом перебрался в кресло пилота и взял самолет под контроль. Он благополучно вернул машину домой. Стрелок потом объяснял свое бездействие тем, что открывать огонь не было никакого смысла: немецкий самолет быстро ушел из зоны поражения, и очередями его было просто не достать. Несколько месяцев после этого Двести шестьдесят девятая гонялась за подводными лодками. То и дело появлялись рапорты об атаках: третьего ноября — с «Энсона» майора МакМартри сброшены две бомбы, повреждений нет; девятнадцатого лейтенант Паттерсон атаковал подводную лодку — безрезультатно; восьмого декабря два «Энсона» сбросили бомбы на лодку, которая слегка была повреждена; с тем же результатом прошли атаки сержанта МакГиннеса и лейтенанта Моссфорда. Храбрый сержант Виллитс, теперь командир экипажа, и лейтенант Брэй пытались утопить подлодки противника десятого февраля — ноль, ноль, ноль… Хотя бы нефтяное пятно появилось на воде — оно бы указало, по крайней мере, на повреждение лодки. Ни-че-го. В начале апреля «Энсоны» эскадрильи вылетали один за другим на патрулирование. Между вылетом одного самолета и следующего обычно проходило около часа. Так продолжалось с рассвета до ночи. Каждый день. Грэм вылетел рано утром. Он вел самолет над водой, над горами, видел линию побережья, затем — Шетландские острова. Горючее — а вместе с ним и время патрулирования — заканчивалось, когда Грэм услышал сообщение: — Самолет Олдоса пропал. На связь не выходит. — Смотрим в оба, — обратился Грэм к членам своего экипажа. — Питер где-то здесь, возможно, сел на вынужденную. Самолет спустился и шел низко над водой. Наконец Грэм увидел. Волны трепали обломки самолета… Сколько ни всматривались в море, ни живых, ни мертвых людей не обнаружили. Только обломок крыла «Энсона» — и все. Лейтенант Питер Олдос, родом из Канады, штурман сержант Скотт, стрелок рядовой МакРейнольдс… Вечером непривычная тишина стояла в столовой. Ох как прав оказался капитан Ранкин — веселье закончилось. 15 апреля 1940 года, авиабаза Вик Первые девять «Хадсонов» прибыли на аэродром. Командир эскадрильи был настроен решительно: — В течение следующих месяцев нам предстоит полностью перевооружиться на новую технику. Насколько мне стало известно, мы будем действовать на севере. Ближайшая цель — аэродром Ставангер. …Во время налета на Ставангер один «Хадсон» был сбит «Мессершмиттом». Это стало первой потерей «Хадсона» в эскадрилье. Через месяц, и опять над Ставангером, погибнет лейтенант Бартлетт: его «Хадсон» вылетит на разведку в одиннадцать утра и в четырнадцать тридцать «Фокке-Фульф» его уничтожит. 11 июня 1940 года, район Шетландских островов Двенадцать «Хадсонов» во главе с подполковником авиации Пирсом поднялись в воздух. Погода стояла плохая — типично «британская»: туман, дождь. Тем не менее самолеты вылетели в направлении Тронхейма. Разведка сообщала, что там находятся «Шарнхорст», «Гнейзенау» и «Адмирал Хиппер». — Захожу на цель! — сообщил Пирс. И в этот же миг шедший за ним сержант Уильям Робсон крикнул: — Четыре «Мессера»! Нет, пять… Четыре Bf.109E и один «сто десятый» шли на перехват. Из Тронхейма отозвались зенитные орудия. Вокруг «Хадсона» сержанта Джона Крейга расцвели зловещие «букеты» взрывов. Крейгу было всего двадцать лет, и у него не хватало опыта полетов среди реальных выстрелов и взрывов. Вместо того, чтобы идти зигзагом, бросая самолет то выше, то ниже, он метнулся в сторону и практически сам подставился под следующий выстрел. «Хадсон» загорелся. Экипаж выбросился с парашютами. Крейг, однако, до земли живым не долетел — был убит пулеметной очередью, пока спускался… Второй «Хадсон» — сержанта Робсона — был подбит очередью «Мессершмитта». Он упал в море. Пока остальные «Хадсоны» безуспешно пытались атаковать «Шарнхорст», летчики сбитых английских самолетов пытались избежать смерти и плена. «Мессеры» пролетали низко над водой, вспарывая ее очередями. Освободившись от парашюта, сержант Алекс Шервуд, штурман с самолета лейтенанта Напьера, глубоко нырнул в холодную воду. Напьер схватил его под водой, и оба поплыли к берегу. Там их «гостеприимно» встретили огнем немецкие стрелки. Англичане побежали в разные стороны. Напьера немцы взяли в плен, а Шервуд спрятался среди камней, и его не нашли. Только с наступлением темноты он выбрался из укрытия и дошел до ближайшего жилья. Норвежцы могли выдать его немцам. Но эти добрые люди, рыбаки, позволили английскому летчику прожить у них несколько дней, а потом нашли способ переправить его в Швецию. Нескоро Шервуд вернется на родину… Третий член экипажа, стрелок Матчелл, был тяжело ранен. Он умер в госпитале на следующий день. Еще один экипаж попал в плен полным составом. 23 июля 1940 года, аэродром Вик Два дня назад эскадрилья была наконец полностью укомплектована новыми самолетами. Восемнадцать «Хадсонов» готовы вступить в бой. Пилоты начали облетывать самолеты немедленно. Кроме Двести шестьдесят девятой, на базе размещались и другие эскадрильи, и это создавало тесноту и трудности. Около четырех часов пополудни аэродром содрогнулся от взрыва. Сбежавшиеся отовсюду люди увидели страшную картину: на взлете столкнулись «Хадсон» старшего лейтенанта Уивера Прайса и «Харрикейн» старшего лейтенанта Бисгуда. «Харрикейн» взлетал с полной бомбовой нагрузкой. Из-под обломков вытащили пять тел. Бисгуд был еще жив, но чудовищно искалечен. 1 августа 1940 года, Вик — Джентльмены! — Новый командир эскадрильи, подполковник авиации МакМартри, выглядел довольным. — Нам предстоит перебазироваться на новый аэродром. Гхм. Можно также сказать, что этот новый аэродром нам в какой-то мере предстоит строить. Гхм. Словом, джентльмены, мы отправляемся в Исландию!   Иллюстрации         Читать рассказ на портале.