Сообщения разработчиков на форуме

Frau_Leutnant: Новая сказка Андрея Мартьянова — уже на портале! — Воображаю, как выглядел бы танк на этом шасси, — сэр Генри критически рассматривал самоходку СУ-100-У, с которой возились ремонтники. — Господин комиссар, это что-то из области гигантомании — восемь двускатных опорных катков с шинами на борт, пять поддерживающих, общая длина корпуса не меньше десяти метров!.. — Если быть совсем точным, — усмехнулся Парамон Нилыч, — десять целых и девять десятых метра. Не понимаю, чему вы удивляетесь — ваш TOG-IIвсего-то на семьсот миллиметров короче! — При всех достоинствах TOG-II, — сказал британский майор, — он не производит настолько массивного впечатления. Если мне память не изменяет, СУ-100-У создана на базе одного из советских тяжёлых танков нового поколения, разрабатывавшихся перед Второй мировой? — Не изменяет, — легко согласился товарищ Котятко. — Мы совсем недавно подробно обсуждали британский A1E1 «Independent». Танк окончательно устарел к началу новой мировой войны, однако был первенцем среди многих проектов, главной характеристикой которых была многобашенность, повальное увлечение которой приходится как раз на межвоенный период. Может быть, британцы и являются изобретателями танка как такового и авторами ультрасовременной для середины двадцатых годов машины «Independent», но Советский Союз дал фору всем индустриальным державам в области создания многобашенных машин! — ...И СССР единственный в мире производил тяжёлые многобашенные танки серийно, — подтвердил командир TOG-II. — Я подразумеваю проект Т-35. Но данное шасси на ходовую Т-35 абсолютно не похоже: та гораздо более архаична, с катками, сдвоенными в одной тележке, по принципу патента фирмы «Виккерс». — Тут виновными следует признать два фактора, — сказал комиссар Котятко. — Гражданскую войну в Испании и особенности производства военной техники в первом рабоче-крестьянском государстве. Вот допустим, как в Великобритании тогда проектировали танки? — Как как? — не понял сэр Генри. — Обычно! Военное министерство разрабатывает спецификации и основные требования. Масса, вооружение, бронирование, скорость и так далее. Спецификации передаются фирме-производителю, тому же «Виккерсу», коллектив инженеров начинает работать... И при чём тут Испанская война? — Сейчас объясню, — кивнул Парамон Нилыч. — Во-первых, в СССР новую технику было принято разрабатывать на конкурсной основе, а не отдавать монополию одному капиталисту. Во-вторых, гражданская война в Испании, где впервые с 1918 года массово использовалась бронетехника, показала, что советские БТ и Т-26, поставлявшиеся республиканцам, представляют собой слишком лёгкую цель для противотанковой артиллерии. Даже немецкие 7,92-мм бронебойные пули марки S.m.K.H. лёгких танков Pz.Iпробивали броню Т-26 на дистанции в полторы сотни метров! По испанскому опыту заключение было сделано такое: Красной армии требуется новый танк с противоснарядным бронированием. Логично? — Логично. Кажется, примерно в это время начали разрабатывать очень удачный КВ, ставший предтечей целой линейки тяжёлых танков? — Совершенно верно. Ближе к концу тридцатых годов и военные, и конструкторы поняли, что пятибашенный Т-35 — тупиковая ветвь. Решили разработать новый танк меньших размеров, но с усиленным бронированием. Тем не менее полностью отказываться от многобашенности так и не решились. Двум конструкторским группам в Ленинграде — на Кировском заводе и заводе Опытного машиностроения имени Кирова — предложили конкурс: требуется создать танк массой 50-60 тонн с бронёй не менее 60 миллиметров и скоростью выше 35 километров в час. Хотя конструкторы Жозеф Котин и Семен Гинзбург, возглавлявшие группы, работали не совместно, а параллельно, на свет появились фактически два брата-близнеца — танки «Сергей Миронович Киров», сокращённо СМК, и машина с индексом Т-100. — Так что там с многобашенностью? — продолжал настаивать сэр Генри. — Как и было сказано, полностью отказаться от данной концепции конструкторы не решились. У самого первого варианта СМК было аж целых три башни с одним 76-миллиметровым орудием и двумя 45-миллиметровыми соответственно. Причём располагались башни не по продольной оси, а со смещением, передняя влево, задняя вправо. — Для более широкого сектора обстрела? — понимающе кивнул британский майор. — Правильно. Товарищ Сталин, осмотрев макет в декабре 1938 года, остался недоволен и счёл заднюю башню СМК излишней. Что, впрочем, было вполне справедливо, — да и сам Жозеф Котин не имел никаких возражений. Конструкция упростилась: в главную башню добавили пулемёт для защиты со стороны кормы, предусмотрели крепления для зенитного пулемёта, а сэкономленный вес пустили на усиление брони. Справедливости ради надо сказать, что «близнец» Т-100 тоже исходно проектировался с тремя башнями, но ещё на стадии эскизов стало ясно, что масса танка превышает запланированную, и третью башню убрали... — Но зачем такие сложности? — озадачился сэр Генри. — Многоярусное вооружение, две пушки? Тогда как в разработке параллельно находился КВ нормальной компоновки? — Помните теорию штурмового танка? Обязанного проламывать эшелонированную оборону неприятеля? Пушка главной башни ведёт борьбу с дотами противника, 45-ммиллиметровое орудие используется против пехоты и легкобронированных целей. Впрочем, уже на испытаниях выяснилось, что командирам СМК и Т-100 тяжело управлять огнём орудий и пулемётов сразу в двух башнях. Вот тут-то представился случай опробовать новейшие машины в реальных боевых условиях... — Финская война? — полуутвердительно-полувопросительно сказал сэр Генри. — Конечно же, небезызвестная линия Маннергейма, прорвать которую без тяжёлых штурмовых танков было крайне затруднительно! — В Финляндию отправили все три новинки: оба двухбашенных танка и КВ Кировского завода. Советское командование рассуждало вполне здраво: бронетехника с противоснарядным бронированием может существенно помочь войскам, а конструкторы прямо на месте могут выявить имеющиеся недостатки. Первый же бой на линии Маннергейма показал, что все три машины для финской артиллерии неуязвимы: 37-миллиметровые пушки «Бофорс» не пробивали броню в любой проекции! — То есть три новейших, можно сказать, секретных, танка пошли в атаку на узком участке фронта? Вы помните, что случилось с первыми германскими «Тиграми» на фронте под Ленинградом? Когда после самого первого боевого применения немцы потеряли несколько «Тигров», а один из танков красноармейцы утащили в свой тыл?.. — Едва не случилось нечто похожее, — согласился Парамон Нилыч. — СМК, Т-100 и КВ 17 декабря 1939 года поддерживали наступающую пехоту при штурме передовых дотов Хоттиненского упрепрайона в полосе Сумма-Хоттинен. СМК легко преодолел надолбы и проволочные заграждения, в сумме танки подавили три пулемётных дота и выехали к наблюдательному пункту финнов. Что любопытно, наибольшую точность и эффективность стрельбы показал однобашенный КВ. — А потом? — Потом начались неприятности. СМК подорвался на фугасе и оказался обездвижен: были повреждены гусеница, ленивец и трансмиссия, прогнулось днище. Экипаж практически не пострадал. Вытащить СМК возможным не представлялось — танкисты покинули танк через нижний аварийный люк и переползли в Т-100, который вместе с КВ и сопровождавшими их Т-28 отступил. — Воображаю, как обрадовались финны, — скривился сэр Генри. — Такой трофей! — Ничего не вышло, — возразил комиссар. — СМК оказался слишком тяжёлым для буксировки, а советская артиллерия поставила вокруг него огневой заслон. С этим связан один курьёз: финские разведчики ночью всё-таки пробрались к танку, обследовали его и даже свинтили с башни верхний люк. Одна беда: люк был, как сейчас сказали бы, «контрафактным» — Жозеф Котин вспоминал, что перед сборкой опытного образца СМК одной крышки люка не хватило, ждать её поставки было некогда, и мастера Кировского завода изготовили крышку сами, использовав для этого сталь, имевшуюся у них в распоряжении. Именно эта крышка через финнов и попала в руки немецкой разведки, сделавшей в итоге абсолютно неверные выводы о качестве брони новейших советских тяжёлых танков! — Забавно, — покивал командир TOG-II. — И чем история «близнецов» закончилась? — СМК остался стоять перед позициями противника до конца Финской войны. Т-100 участвовал в нескольких боях, причём вызвал серьёзные нарекания относительно точности ведения огня. Когда наступило перемирие и финны отошли на новую границу, СМК удалось отбуксировать к железнодорожной станции с помощью шести средних Т-28, но погрузить его на платформу не получилось. Машину разобрали, отправили на Кировский завод для исследования. А там окончательно признали бесперспективной. Эпоха многобашенных танков окончательно завершилась, и им на смену пришёл более совершенный образец — КВ-1. — Но, в отличие от «Independent», два «близнеца» хотя бы успели повоевать, — ответил сэр Генри. — Очень жаль, что ни одного экземпляра не сохранилось, а впечатление о габаритах машин мы можем получить только по фотографиям и шасси СУ-100-У, стоящей в музее Кубинки... — Они и впрямь были огромными, с неприемлемо большим силуэтом, — согласился товарищ Котятко. — Немецкий «Тигр» был сопоставим с «близнецами» по массе, но имел куда меньшие размеры. В конце концов, советские КБ получили уникальный опыт, особенно в области разработки гусеничного шасси на торсионах, применявшегося и далее на тяжёлых танках. © А. Мартьянов, 2014  

unball:   Я же уже отвечал - твинки у нас в игре не запрещены.

unball:   Беда-печаль. Пора заводить! )

Frau_Leutnant: Новая сказка Андрея Мартьянова — уже на портале! — Если я не ошибаюсь, Т-28 у нас единственный из плеяды многобашенных танков? — сказал комиссару командир британского TOG-II, наблюдая за ремонтниками, которые возившимися с вернувшейся из боя разбитой машиной. — Формально, — согласился товарищ Котятко. — В теории, ещё можно вспомнить про M3 Lee, но у него вооружение в спонсоне. С чего вдруг вы завели этот разговор, господин майор? — Помните, мы как-то беседовали о проблеме многобашенности в «Мире танков» и её принципиальной нереализуемости? — сказал сэр Генри. — А ведь сколько преинтереснейших, уникальных машин могло бы выйти на поле боя! Т-28 с тремя башнями выглядел бы рядом с ними весьма бледно! Взять хотя бы советский Т-35, единственный серийный пятибашенный танк в мировой истории! — Увы, — развёл руками Парамон Нилыч. — Как вы себе представляете управление таким агрегатом? С одной 76-миллиметровой пушкой и тремя 45-миллиметровыми? Пулемётные башенки мы в расчёт не принимаем, у нас тут пехоты, по счастью, нет... — И тем не менее! — упрямо ответил британский майор. — Если бы вы видели такого красавца, как A1E1 «Independent», самый первый проект в этой области танкостроения! Для двадцатых годов это была неслыханно футуристичная машина, будто сошедшая со страниц романов Жюля Верна или Герберта Уэллса! — Первый? — призадумался комиссар. — Впрочем, вы правы. Невзирая на все... Э-э... все странности, присущие британской школе создания бронетехники, «Independent» был прорывной технологией, даже несмотря на то, что впоследствии многобашенные танки признали тупиковой ветвью развития. Однако я не вижу особых предпосылок к его созданию: Первая мировая война кончилась, чтобы гонять туземцев в колониях, вполне подходили лёгкие танки Renault FT-17, выпущенные колоссальной серией, а серьёзных войн в Европе не намечалось! — Отчасти в этом вина Советской России, — усмехнулся сэр Генри. — Европейский театр Великой войны, как известно, был знаменит позиционными боевыми действиями, медленные и неповоротливые танки применялись для прорыва позиций неприятеля. Предполагалось, что «ромбы» неплохо покажут себя и в России — их поставляли в качестве помощи белым армиям, боровшимся с большевиками. — Постойте, кажется, понял, — кивнул Парамон Нилыч. — Гражданская война была высокоманёвренной, главную роль играла кавалерия. — Именно, коллега! Претензий к вооружению и бронированию танков Mk не возникало, однако их подвижность оказалась ниже всякой критики. В британском военном ведомстве быстро сделали выводы и решили, что «ромбы» окончательно устарели и армии следует перевооружаться — Mk отправили на переплавку, им на смену пришли куда более прогрессивные и отлично знакомые нам по песочнице Medium Mk.I и Mk.II. Впрочем, память о Первой мировой оказалась очень крепка, и в армии невероятно боялись новой позиционной войны. Какой отсюда напрашивается вывод? — Требуется тяжёлый танк новой конструкции, обладающий сильным вооружением и способный преодолевать эшелонированную оборону противника, — без запинки отчеканил комиссар Котятко. — Вы ведь помните концепцию применения бронетехники в Великобритании? — спросил майор. — Пехотный танк и кавалерийско-крейсерский? Пехотный одновременно являлся танком штурмовым. В 1924 году знаменитой фирме «Виккерс» поступает спецификация на создание тяжёлого танка массой не менее тридцати тонн — в военном ведомстве настаивали, чтобы машина была не только хорошо вооружена, но прежде всего оказалась быстроходной. — Быстроходной? — не без иронии переспросил комиссар. — По тогдашним меркам, конечно! Спецификации требовали скорость до сорока километров в час, а для начала двадцатых годов это было весьма существенно! Наконец, было решено окончательно отказаться от вооружения в спонсонах и переднем бронелисте, этого наследия военно-морского флота! Впрочем, инженеры «Виккерс» разрабатывали оба варианта, но победил прогресс: всем было ясно, что будущее за вращающейся танковой башней! Ну а, раз так, — башен надо сделать много! Остановились на одной орудийной и четырёх пулемётных. — Значит, 1924 год? — задумчиво протянул Парамон Нилыч. — Пять башен? Это действительно прорыв. — Готовый прототип был готов два года спустя, к ноябрю 1926 года. Машина и впрямь оказалась неслыханно, запредельно прогрессивной! Уйма принципиально новых технологий! Например, ларингофонная внутренняя связь, без которой взаимодействие восьмерых членов экипажа было бы невозможно, — допустим, в более поздние времена французские и чехословацкие танки оснащались световой сигнализацией. Из новшеств обязательно следует отметить командирскую башенку, телескопический орудийный прицел, морской индикатор поворота с репетиром и вытяжной вентилятор — тоже впервые в мире! — Недурно, — согласился товарищ Котятко. — Комфорт для экипажа играет очень важную роль. Меня интересует другое: огневая мощь. — Здесь возникли некоторые осложнения. Во-первых, конструкция главной башни полусферической формы была весьма спорной: башня не литая, она собиралась на клёпках их шести «лепестков» 28-миллиметровой брони. Пули и осколки от неё рикошетили бы, но попадание снаряда полевой артиллерии выбьет заклёпки и вырвет из башни целый сегмент! Во-вторых, всё испортили армейские бюрократы: изначально в фирме «Виккерс» предполагали установку 75-миллиметрового орудия, что оставляло бы за бортом любых существующих конкурентов A1E1 «Independent» и делало его до крайности опасным противником при прорыве оборонительных рубежей! — Догадываюсь, — сказал комиссар. — Проблема унификации с другой бронетехникой? Единообразные орудия? — Конечно же! — воскликнул сэр Генри. — Поставщикам проще иметь дело с одной пушкой и одним типом боеприпасов! Таким образом, в «Independent» поставили орудие 3-pdr. QF gun, иначе говоря, 47-миллиметровое, использовавшееся на танках Medium Mk. В малых башнях разместили четыре пулемёта, но, к сожалению, у башенок не было кругового вращения — только поворот вперёд по курсу, что позволяло бы сосредоточить огонь сразу из пяти огневых точек. Для двадцатых годов это очень и очень серьёзно! — Хорошо, — покивал Парамон Нилыч. — С вооружением мы разобрались, хотя, конечно, для танка с такой массой пушка откровенно слабовата. Но как конструкторы решили проблему скорости и манёвренности? Ведь в этом состояло одно из центральных требований Военного министерства? — Главной проблемой танков эпохи Первой мировой была не только низкая скорость, — сэр Генри назидательно поднял палец к потолку ангара. — Вопиюще низкий запас хода по пересечённой местности делал «ромбы» крайне уязвимыми: когда заканчивалось топливо, экипажам частенько приходилось бросать машину. Двигатель «Armstrong-Siddley» мощностью 398 лошадиных сил разгонял «Independent» на шоссе всего до тридцати двух километров в час, а требовалось сорок. Запас хода, благодаря большим по объёму бензобакам, подняли примерно до двухсот километров, но военных постигло разочарование: он снижался вдвое на пересечённой местности... — То есть мощность двигателя оказалась недостаточной? — Для шоссе её вполне хватало, но, как мы знаем, танки по шоссе ездят редко, — вздохнул майор. — Если отсутствовало твердое покрытие, двигатель перегревался, было отмечено несколько случаев возгорания. Большие претензии также предъявлялись гидравлической трансмиссии, справиться с которой мог только очень опытный механик-водитель. Наконец, развернуться на месте танк не мог. И последнее: стоимость одного экземпляра «Independent» оказалась запредельно высока — 77 тысяч фунтов стерлингов, по тем временам оглушительная сумма! — И впрямь, чересчур, — развёл руками комиссар. — Помнится, советская закупочная комиссия приобретала у британцев танк Vickers Mk.E Type А по цене всего 4200 фунтов! — Общая стоимость разработки и усовершенствований с 1926 по 1935 годы составила 150 тысяч фунтов, — буркнул сэр Генри. — Это не лезет вообще ни в какие ворота... Единственный прототип неоднократно показывали на парадах, рисовали на пропагандистских плакатах, но пустить танк в серию так и не решились: очень дорогая игрушка. Тем более что к середине тридцатых годов он откровенно устарел. — Очень жаль, — сочувственно сказал комиссар. — Весьма интересная машина. — По счастью, «Independent» не отправили на переплавку — посчитав, в какую безумную сумму обошёлся прототип, было решено подарить танк военному музею в Бовингтоне. Однако он едва не попал на войну в 1940 году... — То есть? — не понял товарищ Котятко. — Танк хотели использовать на континенте, во Франции? — Нет, — покачал головой майор. — Вы же помните, что во время эвакуации британского экспедиционного корпуса из Дюнкерка всю технику пришлось бросить. В метрополии танков практически не осталось, а угроза вторжения Гитлера была вполне реальна. «Independent» извлекли из музея, заново вооружили и поставили на перекрёстке дорог в качестве неподвижной огневой точки. Но война к нему так и не пришла... — Британская бережливость сохранила для нас эту машину, — заключил Парамон Нилыч. — Пусть стоит в музее как памятник. А что не успел повоевать — так это судьба многих танков двадцатых и тридцатых годов... © А. Мартьянов, 2014  

unball:   Твинки у нас в игре не запрещены. Только как верно заметили - как Вы со своим твинком играть то во взводе будете? ) И попадать в ТОП-10? 

Frau_Leutnant: Новая сказка Андрея Мартьянова — уже на портале!  — Если мне память не изменяет, — сказал Ганс Шмульке, — абсолютный рекорд артиллерии на нашей базе был поставлен ещё в легендарные времена ЗБТ, на «Хуммеле» — четырнадцать скальпов на Прохоровке. Командир машины тогда рассказывал, будто сначала команда не понимала, что происходит, а затем по рации начали приходить сообщения наподобие «Арта, прекрати! Арта, хватит! Арта, оставь нам что-нибудь!». Последнего противника добили танчики, поскольку у «Хуммеля» кончились снаряды... — Так то ЗБТ, — пожал плечами лейтенант Фюрст. — Тогда и солнце светило ярче, и трава была зеленее, и танки были только германские да советские, без всяких барабанных мутантов... Будем откровенны, профессиональный артиллерист в ту эпоху мог запросто решить исход боя: была выше точность, больше урона, о скорострельности мы вообще умолчим. Когда настала эпоха гигантов — я отлично помню появление GW-Panther и GW-Tiger! — самоходная артиллерия начала постепенно приходить в упадок. Теперь она играет строго вспомогательную роль. — Наверное, для нас, танкистов, это к лучшему, — ответил Шмульке. — Говоря откровенно, иногда от артиллерии просто житья никакого нет — здесь всё-таки «Мир танков», а не «Мир арты»! И прозвище появилось язвительное — «коричневая чума». Никто не спорит, в условиях нестоящей войны и реальных боевых действий самоходная артиллерия — инструмент крайне полезный... — ...Особенно если учитывать, — подхватил Отто Фюрст, — что спектр применения САУ вовсе не ограничивается противотанковой борьбой! В исторической основе это прежде всего штурмовые орудия, предназначенные для разрушения укреплений и уничтожения пехоты, или мобильные орудия для стрельбы с закрытых позиций. Непосредственный предшественник — конная артиллерия. — Простите, герр лейтенант, — озадачился унтер-офицер, — но, по-моему, во времена до появления двигателей внутреннего сгорания орудия всегда буксировались лошадьми, ну или в крайнем случае перевозились по железной дороге. — Есть существенная деталь. Мобильная конная артиллерия существенно отличалось от обычной. Пушки облегчённые, специальные повозки для боеприпасов или вообще конские вьюки, расчёты передвигаются также на лошадях. Необходима максимальная быстрота выдвижения и развертывания. Тогда как обычные полевые орудия перемещаются вместе с пехотой и со скоростью пехоты. К началу Первой мировой наконец-то появились орудия, буксируемые автомобилями, тракторами или броневиками, но тут имелась своя специфика, резко затруднявшая применение такой мобильной артиллерии. — Догадываюсь, — кивнул Ганс Шмульке. — Позиционная война, местность изрыта воронками, лунный пейзаж. Трактор, возможно, и пройдет, но машина на колёсном шасси — нет. Кажется, я понял, какой следует из этого вывод: необходима самоходная артиллерийская установка на гусеницах! — Именно! — подтвердил лейтенант. — Хочу отдельно отметить, что уже обсуждавшиеся нами первые французские танки «Сен-Шамон» и «Шнейдер», по сути, являлись не столько танками, сколько самоходными штурмовыми орудиями! Но изобретение самой первой классической САУ всё-таки принадлежит англичанам, как непосредственным создателям танка! В 1916 году на Сомме стало ясно, что обычная артиллерия за ушедшей в прорыв бронетехникой попросту не успевает по изложенной выше причине: местность, изрытая снарядами, непроходима. Напрашивается вполне очевидное решение. — Это с учётом, что британские ромбы по пересечённой местности сами передвигались со скоростью черепахи? — унтер-офицер озадаченно потёр переносицу. — Но очевидность решения и впрямь однозначна: требуется гусеничный движитель. И что же, получилось? Я слабо представляю себе британский «ромб» с тяжёлой пушкой... — Получилось, — согласился лейтенант Фюрст. — Хотя выглядела первая САУ жутковато. Никто не спорит, танки Mk I тоже не отличались пленительной внешностью, но у ромбов всё-таки было некое изящество, присущее военной технике. А вот Gun Carrier Mark I оказался страшилищем, каких поискать! На корме появилась здоровенная прямоугольная надстройка-коробка, защищавшая боезапас от пуль и осколков. Спереди по бортам — две высокие бронированные кабины, похожие на здоровенные скворечники. Левая — для механика-водителя, правая — для командира орудийного расчета. Сзади — два направляющих колеса на отдельной тележке, поскольку поворачивать эта конструкция могла с огромным трудом... — Красавчик, — усмехнулся Шмульке. — Но, по-моему, в боевой технике главное не красота, а практичность. — С практичностью тоже были немалые трудности. Во-первых, Gun Carrier Mark I весил двадцать восемь с половиной тонн при мощности двигателя всего в сто пять лошадиных сил. Во-вторых, максимальная скорость даже на ровной местности не превышала шести километров в час, а запас хода оценивался в тридцать семь километров. — Это была основная проблема танков Первой мировой войны, — заметил унтер-офицер. — Насколько я помню, экипажам рекомендовалось брать с собой запас горючего в канистрах, что существенно влияло на безопасность: канистры крепились снаружи, была велика вероятность возгорания при попадании осколка... — Это всё частности, — отмахнулся лейтенант Фюрст. — Основной вопрос — вооружение. На шасси Gun Carrier Mark I можно было установить два типа орудий: пятидюймовую полевую пушку или шестидюймовую гаубицу. Располагались они в центре корпуса на специальной станине, ствол торчал между «скворечниками» мехвода и командира. Вдобавок, стрелять непосредственно с гусеничного шасси могла исключительно гаубица — пятидюймовку приходилось снимать с танка при помощи рельсового механизма в передней части корпуса и ставить на обычный полевой лафет. Колёса для лафета перевозились на бортах. — Изумительно. Воображаю, каково приходилось экипажу! — Да, нелегко. Если огонь вела гаубица, механик-водитель и командир расчёта обязаны были покинуть свои кабины — иначе не избежать тяжелейшей контузии и ожогов пороховыми газами. Манёвренность Gun Carrier Mark I не просто оставляла желать лучшего, её попросту не было: десятиметровый агрегат на проселках не вписывался в повороты, и машину приходилось «доворачивать» с помощью лошадей или тракторов, окажись таковые поблизости. Переустановка пятидюймовой пушки с шасси на обычный лафет занимала около часа — о какой мобильности тут вообще может идти речь? Ну и, наконец, мест для артиллерийского расчёта не было, и пушкари шли пешком рядом с машиной. В лучшем случае — могли ехать на крыше. — Они хоть успели повоевать? — Мнения разнятся. Всего Военное министерство заказало пятьдесят машин, из них сорок восемь несли вооружение, а еще две переоборудовали во вспомогательные инженерные средства с тяжёлым краном, призванным вытаскивать из грязи и воронок повреждённые танки Mk. Боевые Gun Carrier объединили в две роты по двадцать четыре аппарата в каждой. Сохранилось достаточно фотографий этих САУ на марше или в условиях полевых лагерей, но какие-либо сведения о боевом применении отсутствуют. Однако известно, что Gun Carrier использовались как транспорты и подвозчики боеприпасов с декабря 1917 года. А после окончания Великой войны все они были пущены на слом — к величайшему сожалению, ни одной из этих изумительных машин до наших дней не сохранилось. — Тем не менее они были самыми первыми! — Мог бы появиться и второй Gun Carrier, прототип был готов, но война кончилась, и надобность в нём отпала. Кроме того, военная мысль сосредоточилась на дальнейшей разработке обычных танков — стало ясно, что вооружение должно располагаться в башне, а шестидюймовую гаубицу туда не засунешь. Развитие САУ приостановилось до тридцатых годов, хотя отдельные проекты появлялись в СССР и в Америке — с самоходками экспериментировал знаменитый Уолтер Кристи. — А когда началась Вторая мировая, все воюющие державы вдруг вспомнили, что мобильная артиллерия невероятно полезна, и начался взрывообразный рост выпуска этих машин, — заключил Ганс Шмульке. — Тем более что имелись подходящие танковые шасси. Но это уже совсем другая история. © А. Мартьянов, 2014  

unball:   Приглашение же в танки друзей! Во взводе кататься и полезнее и интереснее, да и плюшки можно получить! 

unball:   В настоящее время программа не запущена. О её запуске в скором времени будет сообщено на портале.

unball:   У друга проблема с придумыванием никнейма? По-моему - это не проблема) 

unball:   Кхм. А вот из этой картинки что непонятно?   

hellkitten: может с такими вопросами нужно писать не на форум, а в цпп? и оформите тему в соответствии с правилами раздела+реплеи.

Riot_Guy: Еще и купить надо.

Riot_Guy: Увеличенный опыт, а следовательно больше свободного, прокачанная за это время новая техника. А также призовой танк, который нельзя получить другим способом.

Riot_Guy: Да, Вы мыслите верно.

Riot_Guy: Значит будет прокачивать технику, катаясь с Вами во взводе.
Информация собрана максимально подробно, но никогда не знаешь, что именно захотят уточнить игроки:)

Riot_Guy: Будет. Главное, чтобы по итогам боя была победа и взвод попадал в топ-10.

Riot_Guy: Накатать с Вами во взводе на 1 000 000 опыта.

Riot_Guy: 1. Сообщим позднее, непосредственно перед стартом программы.
2. Нет, в общую копилку идет опыт только рекрутов или резервистов.
3. Нет, награда будет начислена только рекрутеру.

Riot_Guy: Если он открывает танк 10-го уровня, то Вы получите в награду Т95Е2.

Reytar1979:   Да, именно так.

Reytar1979:   Это не так. Приглашающий получает в любом случае, по мере игры во взводе с приглашенными. Но если речь о подарочном танке 8 уровня, то стоит иметь в виду, что если вы пригласили новичка, то два варианта - или набить 1000 000 опыта для вас, или открыть и купить танк 10 уровня. А если вернули в игру товарища, тогда только 1000 000 опыта, других вариантов нет.

Reytar1979:   Если вернете в игру "пару друзей" и эти друзья вместе с вами набьют для вас 1 000 000 опыта - танк вполне себе дадут.

Riot_Guy: Опыт не должен быть свободным. В зачет идет заработанный опыт, при победе и попадании в  топ-10.

Reytar1979:   Не так много, а всего лишь 1 миллион очков опыта, уважаемый игрок.

Riot_Guy: Можно играть и втроем, с давно играющим товарищем, которому попадать в топ-10 необязательно.

Reytar1979:   Не совсем так, уважаемый игрок. В новости сказано четко:

Reytar1979:    

Reytar1979: Наверное потому, что пирамида - это у Мавроди. 

Riot_Guy: Только после первого боя, сыгранного во взводе с рекрутером.

Reytar1979:   Не совсем так уважаемый игрок. Вашему другу/друзьям которых вы пригласили и которые играют во взводе нужно набрать 1000000 опыта. Заработанный вами во взводе опыт в копилку не идет.

Riot_Guy: Танк будет вручен только рекрутеру.
Приглашенный игрок может воспользоваться данной программой в своих интересах и получить танк с приглашенными им самим игроками.

Riot_Guy: Весьма скоро:)

Reytar1979:   Вот только если прочтете условия программы, то узнаете, что опыт в "копилку" поступает только при победе и попадании в топ-10 команды. 

Riot_Guy: А как же забота о юном поколении?:)
Разве Вы не хотите поделиться боевым опытом и воспитать достойного бойца?

Reytar1979:   Дадут только один танк.

Reytar1979:   Для выполнения описанных вами условий играть с рекрутами во взводе обязательно.

Riot_Guy: Чередовать приглашенных же:)
Чтобы с максимальной выгодой использовать бонусы к опыту после первого боя.

Riot_Guy: К сожалению, нет. Только в качестве резервиста.

Reytar1979:   Пока нет. Через несколько дней функционал появится в личном кабинете.

HuKoguM:   Пара дней

Riot_Guy: Со зрением у Вас все хорошо. Просто программа пока не стартовала. О запуске будет сообщено отдельной новостью на портале.

Riot_Guy:   Нет, это будет мужской экипаж.