Сообщения разработчиков на форуме

Grenoli:
Прямой авиагоризонт пока у нас с багой, будем фиксить.

Priolia: Мы все поняли. Только без багрепорта помочь ничем не сможем. 

Priolia: нажимаем WIN+R, в строку поиска вводим %Temp%\wargaming.net\wowp, удаляем все содержимое Это называется "Чистить кэш" )  

Priolia: Баги оформляются в разделе  Баги Общего теста А насчет всего остального, то если вы фидбэк хотели написать, то не получилось. А так повозмущаться, то да... Все как и раньше и у вас и у нас)
 

Priolia: Вот чОрт... так и знала, что она мне изменяет )))))

Priolia:  

Priolia:  

Priolia:  

Priolia: Одна и та же проблема у всех. Решение тут Позже исправим, на то он и тест.

Priolia: Если мне не изменяет память, прямым будет последний в списке авиагоризонтов на выбор. Сейчас нет возможности проверить.   

Priolia: Ребята, отдельные отзывы об изменениях в игровом режиме можно оставить в теме: Изменения в режиме "Превосходство". Там есть маленький опросик для тех, кто не любит писАть И я лично жду ваших развернутых и продуманных отзывов в теме Общий тест 1.5. Тема для отзывов.  Только давайте не сегодня, полетайте еще денек Спасибо!

Priolia:   Спасибо за сотрудничество!

Priolia: Поковыряйся в настройках мыши, сейчас они очень гибкие, можно как угодно выкрутить. Экспериментируй. Отключи "Перекладывать вираж", как вариант. Она включена по умолчанию. 

Priolia: А что за тормоза? Видимо нет тормозов, если молчат. О своих расскажете?

Priolia: Перезапустить клиент или почистить кэш (нажимаем WIN+R, в строку поиска вводим %Temp%\wargaming.net\wowp, удаляем все содержимое) 17:46 Добавлено спустя 0 минут

Priolia: Ну это устранят, будем надеяться, до релиза ) 

Priolia: Пробел же

Priolia: Это только в боях с ботами. В стандартных её нету. не пугайтесь  

Priolia: Включите отображение скрытых папок a Windows. Панель управления\Все элементы панели управления-> парамерты папок->Вид-> показывать скрытые папки и файлы.  

Priolia: Вы имеете в виду туториал? Возле кнопки " В БОЙ" выберите тип боя "Обучение"  

Grenoli: Ждем, пока докачают все клиент.

Priolia: Вкладка настроек пустая? Если да, то делаете следующим образом: Заходите в C:\Users\ИМЯ ПОльзователя\AppData\Roaming\wargaming.net Находите папочку World of Warplanes CT и удаляете её. Это префы с прошлого комонтеста, их надо сейчас удалить и все должно стать нормально.

Grenoli: Все ок, Вы правы.

Grenoli: Удалено в ангаре, в самой очереди есть количество. А в ангаре на этом месте теперь часы. Закрыто.

Grenoli: Так уже работает сервер общего теста.

Priolia: Угу. так задумано)

Priolia: Неа) Но имена у них прикольные... смеюсь каждый раз, когда там играю...  

Priolia: Так этот режим же для новичков) Конечно, "старичкам" с 6к боев будет не интересно.  А вот новички смогут полетать в относительно дружелюбной среде. 

Priolia: Раздачу патча включили всего 1 час назад. Многие еще не успели даже скачать. Ждем-с

Priolia: Милаш, попробуй либо клиент перезапустить, либо кэш почистить.

Grenoli: Как с Портом. Старый исчез. Навсегда.

Galm: Компенсируем слоты, детали этого пока обсуждаются. Никто обиженным не останется. 

Grenoli: Медали все могут получить, и те, и те. Это условность, подчеркивающая казуальность ачивки. 16:03 Добавлено спустя 0 минут

Grenoli: Хм, я думал, уже все об этом знали.

Grenoli: На недели ждите=). обязательно начислим.

Grenoli: Все ок, обсуждаем тест тут.

Grenoli: Потому, что мы создавали темы заранее. Техническая особенность форума. Не критично, кому интересно - найдут, где обсуждать. Кстати, теперь уже есть в "ответах"=))).

Jluca: Всем привет! Ну как вы тут?

Grenoli: Новую локацию и переделанную старую локацию. А что Вы хотели увидеть? 

Grenoli: Точно не скажу, завтра узнаю про медали. Но, с большой долей вероятности: два раза "да".

Grenoli: Да все хорошо=). Будет тест скоро, ничего мы не зашиваемся, просто решил скрасить ожидание.

Priolia: Да к супертестерам прислушиваются и на них огромная ответственность лежит на определенных этапах тестирования. Насколько активность супертестера приносит плоды, можно судить, оглядываясь на то, насколько игра изменилась, но это видно только через какое-то время. Как представитель команды разработки скажу, что мнение супертестеров очень важно и крайне важно, чтобы каждый супертестер ответственно подходил к тому, какое мнение он высказывает. А насчет того, что не хочется быть пешкой скажу вот что: можно считать себя пешкой, а можно считать себя частью. Пешками пренебрегают, а без тех, кто является частью невозможно что-то целое.  Вот и думайте сами и решайте сами, кем быть.

Grenoli: Привет, форум.   Совсем скоро начнется общий тест обновления 1.5. Чтобы скрасить ожидание и приоткрыть завесу тайны, покажу несколько скринов игровых локаций, которые сможете оценить в новой версии игры. Итак:  

Sgt_Kabukiman: — Кому ещё нравится Ме.262? — товарищ младший лейтенант Вася подтолкнул своего друга Германа Вольфа под локоть. — Что скажешь? — Ты же знаешь, что нравится, — подтвердил Вольф. — Мне, пожалуй, тоже, — кивнул штаб-сержант Хопкинс. — Вообще реактивные двигатели… — Ну всё, Хопкинс заговорил о двигателях! Оседал любимого конька! — с комическим ужасом вскричал Вася... Сказка   — Кому ещё нравится Ме.262? — товарищ младший лейтенант Вася подтолкнул своего друга Германа Вольфа под локоть. — Что скажешь? — Ты же знаешь, что нравится, — подтвердил Вольф. — Мне, пожалуй, тоже, — кивнул штаб-сержант Хопкинс. — Вообще реактивные двигатели… — Ну всё, Хопкинс заговорил о двигателях! Оседал любимого конька! — с комическим ужасом вскричал Вася. — На то он и ковбой, — спокойно заметил вахмистр Вольф. — Благодарю. — Американец слегка поклонился Герману Вольфу. — Конечно, тема двигателя всегда останется поистине необъятной… Всегда найдётся, что сказать, если речь идет о моторах. Что до существования реактивной тяги, то о ней Вилли Мессершмитт узнал, можно сказать, случайно, и произошло это ещё до войны — в тридцать восьмом. — А что, до этого Вилли не подозревал?.. — начал было Вася, но Хопкинс весело махнул рукой: — Он узнал о том, что реактивный двигатель разрабатывается буквально под боком, вот что я имею в виду. Вот что произошло тогда. В самом начале тридцать восьмого Вилли приезжает в министерство авиации в Берлине. Там обсуждают его новый двухмоторный истребитель. В перерыве Вилли выходит покурить и натыкается на человека из технического управления. И тот хвастается: мол, его назначают на должность руководителя новой группы контроля за разработкой реактивных двигателей. — Тут Вилли, очевидно, почувствовал себя обделённым? — посмеиваясь, спросил младший лейтенант. — Вилли был человеком жадным, — кивнул Хопкинс. — И вдруг ему сообщают, что в Германии уже два года полным ходом идёт разработка воздушно-реактивных турбин. И занимаются этим у Хейнкеля, у Юнкерса, скоро подключатся Баварский завод и Даймлер-Бенц… Обогащённый такими сведениями, Мессершмитт возвращается к себе в Аугсбург и немедленно начинает работу над вариантами компоновки истребителей с одним и двумя реактивными двигателями. — А под какой мотор он это пытался разрабатывать? — удивился Вася. — У него что, был конкретный двигатель на примете? — BMW, разумеется, — кивнул американец. — У Мессершмитта имелась габаритная «синька» двигателя, причём находящегося еще в стадии доводки. Занималась этим дочерняя компания BMW — «Брамо», она находилась в Шпандау, а руководил работами Герман Ойстрих. Через два месяца Вилли Мессершмитт буквально вломился к Ойстриху, чтобы посмотреть на стендовые испытания нового двигателя. — И как? — Вася сощурился. — Ну как откажешь Вилли Мессершмитту? — пожал плечами Герман Вольф, вступая в разговор. — Вилли оказался в тесном ангаре, напичканном индикаторами и огнетушителями. Двигатель представлял собой цилиндр диаметром больше полуметра и длиной в три метра. На стенде он был соединён с трубой подвода воздуха. Труба эта выходила через стенку ангара прямо на улицу и всасывала воздух прямо оттуда… — Ты не картинки рисуй, а излагай по делу: удалось испытание или нет? — потребовал Вася. Герман Вольф, посмеиваясь, продолжил: — В общем и целом, удалось. Сначала все слушали, как нарастает шум воздушного потока, потом — хлопок! — загорелся керосин в камере сгорания. Громкий свист, рёв горячей воздушной струи, вырывающейся из сопла… Сказка, коротко говоря. — Горыныч тоже так умеет, — хмыкнул младший лейтенант. — У Вилли Мессершмитта не было под рукой Горыныча, — отозвался Билл Хопкинс. — Но реактивный двигатель его заворожил. К декабрю тридцать восьмого Вилли остановил наконец свой выбор на двухдвигательном одноместном истребителе с прямым крылом. Таким будет его первый реактивный самолёт, решил он. Началось производство продувочной модели. — Строили под BMW? — уточнил Вася. — Естественно, — кивнул Хопкинс. — Сперва Мессершмитт предполагал создать самолёт с фюзеляжем круглого сечения и средним расположением крыла. Проектировщики настаивали на низкоплане с треугольным сечением фюзеляжа. И они сумели переубедить Вилли. Седьмого июня тридцать девятого готовый проект суперскоростного истребителя — не сам, естественно, а предложение по его постройке, — был направлен Удету. А пока Удет думал, Хейнкель в августе осуществил первый вылет первого в мире реактивного самолёта Не.178. Наступила пауза, которую прервал Вася: — Но?.. — Но немцы были заняты нападением на Польшу, и им было не до самолёта, — заключил Билл Хопкинс. — В декабре тридцать девятого эксперты Удета прибыли в Аугсбург посмотреть на макеты реактивного «Мессершмитта». Им всё понравилось. Вилли меж тем страдал творческими сомнениями: где разместить двигатель относительно крыла, нужна ли носовая опора шасси, не слишком ли новаторский самолёт получается — и так далее. Тем временем готовится нападение на Францию, в Германии не хватает алюминия… — Вот советские конструкторы предлагали строить деревянные реактивные истребители, — напомнил Вася. — До такого Вилли Мессершмитт не додумался, — усмехнулся вахмистр Вольф. — Но мы ведь помним, что Вилли был «любимцем партии». В начале февраля Геринг объявляет, что война закончится в сорок первом. Все экспериментальные авиационные проекты замораживаются до окончания войны. Всё останавливается: двигатель Юнкерса, зенитные ракеты… Вилли в панике: сейчас остановят и работы над его детищем. Ан нет, происходит ровно наоборот: первого марта сорокового года подписан контракт с его фирмой на постройку реактивного самолёта Ме.262. Более того, оплачена разработка и постройка трёх лётных опытных машин. Теперь у Вилли развязаны руки. Очевидно, подсуетился Удет. — И долго Вилли работал над проектом? — спросил младший лейтенант. — Через два месяца уже был готов новый вариант, — отозвался вахмистр Вольф. — Долго разбирались с крылом: тонкое или обычного профиля, стреловидное или прямое, где размещать двигатель — он внезапно стал на девяносто миллиметров больше. В августе начали строить опытные Ме.262. Они были готовы через восемь месяцев. И… — И двигатель, — подхватил штаб-сержант. — К тому времени реактивных BMW ещё не было. — И как Вилли вышел из положения? — полюбопытствовал Вася. — Устанавливает в носовой части фюзеляжа первого лётного реактивного истребителя обычный поршневой двигатель с воздушным винтом, взятый со «сто девятого», — ответил Билл Хопкинс. — По крайней мере, так он сможет предварительно испытать устойчивость и управляемость новой машины в воздухе. Нужно ведь заранее выявить возможные промахи. Восемнадцатого апреля сорок первого года лётчик Фриц Вендель поднял с полосы заводского аэродрома Аугсбурга новый самолёт Вилли Мессершмитта — без крыльевых мотогондол. Вела себя машина очень прилично, слушалась, на пологом снижении разгонялась до девятисот километров в час. В общем, это был настоящий, состоявшийся новый истребитель Вилли Мессершмитта. Только вот без обещанного реактивного двигателя. — А дальше? — торопил рассказчика Вася. — Реактивные BMW привезли в середине ноября. И они оказались слабее: вместо обещанных шестисот килограммов тяги давали только четыреста пятьдесят. В общем, прошло ещё четыре месяца, и вот наконец двадцать пятого марта сорок второго года Фриц Вендель взлетает на «Мессере» с реактивными двигателями. Кстати, поршневой двигатель решили пока не снимать. — Любопытная деталь, — отметил Вася. Штаб-сержант продолжал: — Впечатление произвёл этот полёт колоссальное. Над аэродромом Аугсбурга раздался необычный свист, характерный для реактивных двигателей, и он слился с привычным рокотом носового мотора. Машина начала набирать высоту… и вдруг свист стих. Самолёт находился на высоте пятидесяти метров. Носовой двигатель по-прежнему тянул, но тяжёлые мотогондолы с двигателями и баки с керосином для них сильно мешали. Самолёт плюхнулся поперёк полосы, от него отвалились какие-то детали… Оказалось, что все лопатки дисков турбин двигателей BMW сгорели. — И как Вилли вышел из положения? — Отказался пока от BMW и обратил взоры на завод Юнкерса: там начались лётные испытания двигателя JUMO, — сообщил Хопкинс. — Правда, он был ещё больше, чем BMW, но зато и тяга восемьсот сорок килограммов. Так что восемнадцатого июля того же года Фринц Вендель снова взлетел — уже на третьем опытном Ме.262 с двигателем JUMO Т.1. И вот этот самолёт действительно полетел. Герман Вольф кивнул: — Справедливости ради отметим, что самолёт Мессершмитта был четвёртым в мире реактивным: его опережали Хейнкель (аж два проекта) и английская фирма «Глостер». Кстати, третий лётный экземпляр Ме.262 был потерян во время седьмого полёта, одиннадцатого августа. Тогда ещё не знали, что с увеличением температуры наружного воздуха тяга реактивного двигателя падает. — Вот и выяснили, — пробурчал младший лейтенант. Вольф вздохнул: — Именно. Это был полдень очень жаркого дня. Самолёт долго разбегался, оторвался от самого края полосы, срезал «ноги» шасси и мотогондолы о верхний край бетонного забора авиабазы и заскользил в поле. Пилот не пострадал, а машина развалилась. — У Вилли оставался второй экземпляр, — напомнил штаб-сержант Хопкинс. — И в течение полугода этот самолёт в одиночку отрабатывал программу лётных испытаний. Для самого Вилли все это проходило не без последствий: он был человеком нервным, склонным к депрессиям. Говорят, в те дни он так переживал, что перестал посещать парикмахера и ходил с длинными неопрятными волосами. Четвёртый реактивный самолёт Вилли был однодвигательным, со стреловидным крылом. Его привезли на аэродром Лехфельд — там была самая длинная бетонная полоса. Пригласили строевого лётчика — капитана Вольфганга Шпате. Семнадцатого апреля сорок третьего года он взлетел на новинке Вилли Мессершмитта и вернулся, захлёбываясь от восторга. — Ага, — вставил Герман Вольф, — а на следующий день разбился второй лётный экземпляр Ме.262 и на нём погиб новый лётчик-испытатель компании Вильгельм Остертаг. Причину, по которой Ме.262 внезапно стал пикировать и из пике не вышел, так и не установили. — А почему после этого проекты Вилли не были заморожены? — спросил Вася. — Потому что посмотреть на реактивный самолёт прибыл генерал-лейтенант Адольф Голланд, — ответил Герман Вольф. — Двадцать второго мая сорок третьего года Голланд вылетел на Ме.262 и вернулся «другим человеком». Он говорил, что «эту машину толкает ангел» и что в ней спасение Рейха. Голланд также дал конструктору несколько советов. Ему не понравилось, как самолёт ведёт себя на взлёте: выхлопная струя наклонённого на разбеге двигателя ударялась в бетон полосы, отскакивала наверх и била по стабилизатору. Надо самолёт поставить параллельно полосе — нужна носовая опора шасси… Далее Голланд «заразил» новой машиной Геринга, и последовал заказ на сто Ме.262. — Звучит так, словно у Вилли Мессершмитта была куча времени и война никак не мешала ему заниматься доводкой экспериментального самолёта, — проговорил Вася. — А ведь мы знаем, что это не так. Американские бомбардировщики разгромили завод в Винер Нойштадте, где выпускали Bf.109. Это случилось тринадцатого августа сорок третьего. Почти четыреста рабочих убиты или ранены — и столько же самолётов пострадали. А через четыре дня американцы повторили налёт — на сей раз целью был завод Мессершмитта в Регенсбурге. И там потери среди рабочих были приблизительно такими же, уничтожены почти готовые самолёты и полностью разрушены стапели для Ме.262. После этих двух горьких уроков Вилли эвакуировал свое производство, рассредоточил в лесах, под землёй. Однако по опыту советской эвакуации сорок первого года мы знаем, как это трудно. — Тем не менее в последние месяцы войны Ме.262 производились именно на лесных заводах, — подхватил Герман Вольф. — Более дюжины таких заводов были построены под Лайпхаймом, Куно, Хоргау, Швабише-Халле, Гаутингом… Завод в Горгау в десяти километрах к западу от Аугсбурга поставлял крылья, носовую и хвостовую секции Ме.262 на другой лесной завод, расположенный неподалёку. Там осуществлялась окончательная сборка. Готовые самолёты взлетали прямо с автобана. — И что, союзники не видели с воздуха ни заводов, ни самолётов? — спросил Вася. Билл Хопкинс ответил: — Крыши строений красили в зелёный цвет. Кроме того, их укрывали деревья. Случалось засечь взлёт Ме.262 с автобана или разбомбить несколько неукрытых самолётов. Но расположение заводов союзники установили, только когда их пехота заняла местность. — Что еще мешало Ме.262, — задумчиво проговорил Герман Вольф, — так это упорное желание Гитлера превратить его в бомбардировщик и с его помощью остановить англичан и американцев, бомбивших Германию. Но Ме.262 в бомбардировщик упорно не превращался, мешала центровка. Сбрасываемые бомбы всегда должны подвешиваться в центре тяжести, а снимаемое вооружение истребителя расположено в носу. Если его убрать — для увеличения бомбовой нагрузки, то крылья придется передвигать назад. Что приведёт к полной перекомпоновке машины. На что потребуется полгода… Морока тянулась какое-то время, а потом Мильх взял и брякнул на одном из совещаний: «Мой фюрер, даже маленький ребёнок видит, что это не бомбардировщик, а истребитель!» Вася расхохотался: — Да, это он сказанул!.. — Между прочим, — закончил Герман Вольф, — Гитлер дал согласие использовать Ме.262 как истребитель только четвёртого ноября. — Но ведь Ме.262 реально принимали участие в боевых действиях, — напомнил Вася. — Насколько я мне известно, осенью сорок четвёртого сформировали экспериментальный полк из сорока истребителей Ме.262. Командиром назначили майора Вальтера Новотны. Эффективность полка оказалась разочаровывающе малой, в первый же день из четырёх взлетевших машин три были потеряны: две сбиты сразу после взлёта, одна расстреляна сразу после посадки, на земле. Горючего не хватало. На запасные аэродромы реактивные самолёты привозили на телегах, запряжённых лошадьми. В ноябре Новотны погиб, а полк расформировали. — Звучит бесславно, — вставил Герман Вольф. — И как всегда, не хватало времени. Вилли Мессершмитт разработал вариант перехватчика Ме.262 с ракетными ускорителями. Его назвали «Защитник дома». В марте сорок пятого он совершил первый вылет. Набрал высоту семь с половиной километров за полторы минуты… — И вот ещё что, — снова вступил штаб-сержант Хопкинс. — Можно сказать, этот самолёт строили массово. С марта сорок четвёртого по апрель сорок пятого в разных модификациях было построено около полутора тысяч реактивных Ме.262. — Впечатляет, — согласился Вася. — А уничтожено сколько? — Много, — кивнул Хопкинс. — За февраль и март сорок пятого бомбёжками вывели из строя четыреста экземпляров. Я хочу вот что подчеркнуть: угроза массового применения Ме.262 против авиации союзников была совершенно реальной. Американские военные еще в сорок третьем году выдали контракт Локхиду на разработку истребителя с английским реактивным двигателем. Англичане срочно доводили свой двухмоторный реактивный истребитель «Глостер-Метеор». Но именно Вилли Мессершмитт стал первым авиаконструктором, чей сверхскоростной реактивный истребитель был принят на вооружение и реально принимал участие в воздушных боях. А это что-нибудь да значит. — Это значит то, что мы летали и будем летать на Ме.262, — сказал Вася. — Потому что это действительно выдающийся боевой самолёт. Читать сказку на портале.

Grenoli: Все верно, и тест скоро, но топик не о том.

Sgt_Kabukiman: Новое задание — на «Мустанге» победить «Москито». Схватка двух высотников — кто кого? Флайт-лейтенант Уилберфорс Гастингс и штаб-сержант Билл Хопкинс решают встретиться в небе, «поменявшись» самолётами: американец летит на английской машине, англичанин — на американской. Сказка — Вот и «Мустанги» в бой пошли, — заметил Билл Хопкинс. Американский лётчик выглядел довольным. Уилберфорс Гастингс пожал плечами: — Так «Мустанги» для того и предназначены, разве не так? — Я имею в виду новое задание — сбить на Р-51А неприятельский «Москито», — пояснил штаб-сержант. — Так бы и говорили, — хмыкнул Гастингс. — На самом деле я предвкушаю боевой вылет, — признался Хопкинс. — Не составите мне компанию, сэр? — Предлагаю символически «поменяться» самолётами, — кивнул флайт-лейтенант. — Я возьму американскую машину, а вы — английскую. — По большому счёту «Мустанг» — не то чтобы не чисто американский самолёт, но с Англией он связан, наверное, более тесно, чем любой другой из выпускавшихся в Штатах, — заметил Билл Хопкинс. — Без англичан не было бы и этого самолёта. Хотя пока не началась война, закупка истребителей за океаном ваших соотечественников не слишком интересовала. — Оно и понятно, — Уилберфорс Гастингс улыбнулся. — Ведь тогдашние американские истребители уступали и «Харрикейнам», и тем более «Спитфайрам». А промышленность Штатов ещё не оправилась после Великой Депрессии. Так что о крупных сериях можно было даже не заикаться. Всё, что могли предложить на тот момент американцы, — учебные самолёты и небольшие партии бомбардировщиков… — Но когда война разгорелась, всё поменялось, — напомнил штаб-сержант. — Англичанам срочно потребовались самолёты для обороны азиатских колоний. Не менее тысячи экземпляров. И тогда был размещен заказ на фирме «Кёртисс»: истребитель Р-40 этой компании вызывал вполне закономерное доверие. Главное — аппарат демонстрировал хорошие лётные качества на низких высотах. Кроме того, он был оснащён самогерметизирующимися топливными баками. Это делало его самым подходящим кандидатом на роль фронтового истребителя — самолёта, предназначенного для перехвата бомбардировщиков врага. — Я помню, что произошло дальше, — подхватил Гастингс. — На фирме «Кёртисс» не справлялись с таким большим заказом. И в феврале сорокового года англичане стали договариваться о лицензионном выпуске Р-40 на фирме «Норт Америкэн». Однако дело обернулось совершенно неожиданным образом… — Потому что «Норт Америкэн» не сомневались: они способны на нечто куда большее, нежели работа по чужому чертежу, — сказал Билл Хопкинс. — И главный инженер фирмы Эдгар Шмюд понимал это, наверное, лучше всех. Он был уверен: его самолёт превзойдёт Р-40. Самое удивительное заключалось в том, что «Норт Америкэн» до этого истребителей не выпускала. Так что заявка выглядела весьма смелой. Переговоры с англичанами тянулись до апреля. Глава правления «Норт Америкэн» Датч Кинделбергер стоял на своём: его фирма начнёт выпускать лицензионный Р-40 при одном условии — если закупочная комиссия рассмотрит заодно и проект Шмюда. Председатель комиссии сэр Генри Селф дал согласие, однако при встречном условии: летающий прототип заказчики желают видеть через сто двадцать дней. Так что договор о намерениях подписали одиннадцатого апреля сорокового года. Кстати, предполагаемая цена будущего истребителя не должна превысить сорок тысяч долларов… К тридцатому сентября сорок первого года англичане, как предполагалось, получат уже триста двадцать самолётов «Норт Америкэн». — Между прочим, англичане в своей поспешности были абсолютно правы — шла война, самолёты требовались немедленно, — заметил Гастингс. — Но вот как «Норт Америкэн» удалось уложиться в сроки — уму непостижимо! — А между тем храбрые американские авиастроители преспокойно подписывали контракты, — продолжал Хопкинс. — В начале мая набросок нового самолёта был представлен английской закупочной комиссии в Нью-Йорке. Эдгар Шмюд считал, что кёртиссовский Р-40 — машина устаревшая, поэтому в свой новый самолёт заложил лучшие характеристики, чем у конкурента. Англичанам проект Шмюда в целом понравился. Двадцать девятого мая сорокового года был заключен формальный договор между «Норт Америкэн» и Королевскими ВВС. На те самые триста двадцать истребителей. И конструкторское бюро Шмюда взялось за работу. Скорее, не взялось, а «схватилось». Все трудовые нормы были нарушены: шестнадцатичасовой рабочий день, работа без выходных. В бюро поначалу трудилось всего восемь человек. Через три недели их стало уже тридцать семь. Прототип был готов второго сентября сорокового года, с опережением графика на восемнадцать дней. Но подвели смежники: фирма «Эллисон» не успела поставить мотор, так что две недели прототип праздно стоял на земле. — Насколько я понимаю, двигатель на первом «Норт Америкэн» — будущем «Мустанге» — был тот же, что и на Р-40? — уточнил Гастингс. — Именно, — подтвердил штаб-сержант. — Поэтому, чтобы добиться большей максимальной скорости, аэродинамику самолёта «вылизывали» самым тщательным образом. Сечение фюзеляжа лишь немного превосходило сечение двигателя. Радиатор размещался на дне фюзеляжа и имел обтекаемый воздухозаборник. Много внимания уделялось облегчению самолёта. Применялись самые новые материалы. Крыло — ламинарного профиля. Другое технологическое решение: радиатор сместили как можно дальше назад, в район центроплана. Это вызвало так называемый «эффект Мередита» — воздушный поток, проходящий через радиатор, создаёт дополнительную положительную тягу. — А как был вооружён реальный «Мустанг»? — спросил Гастингс. — У нас на сервере он, как мы знаем, имеет четыре пулемёта калибра двенадцать и семь десятых миллиметра. — Реальный — тоже, — кивнул Хопкинс. — Четыре пулемёта «Браунинг», расположенных под двигателем и у основания крыльев. Да, были ещё четыре «Браунинга» калибра семь шестьдесят две десятых миллиметра — установленные попарно в крыльях. — И когда же это чудо поднялось в воздух? — Довольно быстро — в конце октября сорокового года, — Билл Хопкинс улыбнулся. — Любопытно, что испытывал будущий «Мустанг» известный лётчик Вэнс Брис, который считался «вольным стрелком»: он не связывал себя долгосрочными контрактами ни с одной фирмой. Вот он и начал летать на «Мустанге» первым в мире. Первый полёт продолжался пять минут, второй — десять. До ноября Брис провел в воздухе три часа двадцать минут. — А кто и когда назвал самолёт «Мустангом»? — поинтересовался Гастингс. — Вы будете смеяться, но это сделали англичане, — хмыкнул штаб-сержант. — Видимо, чтобы подчеркнуть «американскость» нового самолёта для RAF. Девятого декабря сорокового года британская закупочная комиссия окрестила машину «Мустанг I». Англичане были довольны, потому что детище Шмюда, воплощённое в металле, подтвердило все расчетные характеристики. Максимальная скорость у него оказалась на сорок километров в час больше, чем у Р-40. В управлении самолёт был лёгок, особенно на высоте от трёх до четырёх с половиной тысяч метров. — Кстати, у нас на сервере комфортная высотность «Мустангов» — тысяча восемьсот пятьдесят метров, — вставил флайт-лейтенант. — Однако до трёх тысяч он чувствует себя, в общем, свободно. А вот ниже километра скован в манёвре. При резких виражах или резком выходе из пике теряет много скорости. — Одно дело — игра, другое — реальная война, — напомнил Хопкинс. — И возвращаясь к войне, — сказал Гастингс. — После всех испытаний первый выпущенный для англичан серийный «Мустанг» был принят первого мая сорок первого года. Теперь испытаниями занимался инженер Роберт Чилтон: он должен был удостовериться в том, что конструкция машины отвечает техническим требованиям контракта. Наконец облёты были закончены, подготовка для развертывания крупносерийного производства завершена. Прибыл командир эскадрильи Майкл Кроссли, английский ас, во время битвы за Англию сбивший на «Харрикейне» девять немецких самолётов. Он и принимал первые «Мустанги». Самолёт разобрали и в контейнере отправили через Атлантику на корабле. В конце октября сорок первого «Мустанг» прибыл в Британию. И снова начались испытания. Тем временем по другую сторону океана шло производство. До конца сорок первого года американцы построили сто тридцать восемь машин. В июне сорок второго обязательства по контракту были выполнены. — Вы помните, сколько самолётов реально дошло до Англии? — спросил Хопкинс. — Почти все, — отозвался флайт-лейтенант. — Двенадцать ушли на дно вместе с торпедированным транспортом. Потом ещё восемь погибли. Остальные добрались до острова. И вот наконец «Мустанги» попали в руки английских лётчиков. Первыми их получила двадцать шестая эскадрилья RAF в Гетвике в феврале сорок второго. Десятого мая — первая боевая работа «Мустанга»: пилот этой эскадрильи Доусон штурмовал во Франции ангары и уничтожил поезд. А первый воздушный бой «Мустанг» провел в июле над Дьеппом. Тогда же парой FW.190 был сбит первый «Мустанг». И в том же июле сорок второго «Мустанги» второй эскадрильи, которая базировалась в Соубриджуортсе, совершили то, что другому истребителю было не под силу: взлетев с английского аэродрома, они атаковали цели в районе Рура. Это, как считается, был первый случай, когда истребители союзников появились в небе над Рейхом. — Вижу, о том, как «Мустанги» использовались в Англии, вы знаете лучше меня, — заметил штаб-сержант. — Что, впрочем, закономерно. Могу добавить, что «Мустанг» хорошо показал себя как тактический разведчик и ударный самолёт. В первые месяцы использования эти машины уничтожили или сильно повредили две сотни локомотивов, барж, самолётов противника на земле. Выяснилось также, что на низких высотах «Мустанг» быстрее и Bf.109, и FW.190. Имелась, правда, одна тонкость: силуэт «Мустанга» напоминал силуэт «Мессершмитта». Зенитчики не всегда могли их различить, поэтому на крылья «Мустанга» наносили жёлтые полосы. — После всех этих разговоров я не сомневаюсь в том, что сумею вас победить! — заявил Уилберфорс Гастингс. — Конечно, хвастаться нехорошо, но мне не терпится взять «Мустанг». — А кто вам сказал, что я соглашусь на «Москито»? — засмеялся Билл Хопкинс. — Боитесь? — прищурился англичанин. — Вовсе нет! — ответил американец. — Тем более что мы помним: воюют не самолёты, а лётчики. — Самолёт тоже имеет значение, — парировал Гастингс. — По коням, как говорили в старину!.. Вызов был принят. Штаб-сержант ещё раз осмотрел «Москито», на котором ему предстояло сражаться. Четыре пушки калибра двадцать миллиметров и четыре пулемёта калибра семь и семь. Комфортная высотность — около двух тысяч метров. Выше — тоже неплохо. Ниже километра «Москито» становится неповоротлив, но имеет хорошие шансы удрать практически от любого преследователя, уходя по прямой с удобным углом кабрирования. Билл Хопкинс чуть улыбнулся. Они с Васей вчера до хрипоты спорили о том, какой угол кабрирования наиболее оптимален для «Москито» и «Мустанга». В конце концов пришли к выводу: во многом это зависит от того, какой двигатель установлен на конкретном самолёте. Влияет также и скорость на момент начала длинного вертикального манёвра. «Тут только опыт поможет, — настаивал Вася. — Иначе ты никак не сможешь выбрать правильный угол подъёма, чтобы оторваться от преследования и не потерять скорость слишком быстро. Опыт и практика!» Что ж, практика — так практика. Билл поднялся в небо над «Азиатской границей». Тем временем Уилберфорс Гастингс прикидывал «расклад»: в команде два «Мустанга». «Москито» у неприятелей только один — Хопкинса. Охота предстоит конкурентная — всем хочется заполучить приз. — Где же он? — пробормотал Гастингс. Искать «Москито» пришлось долго. Второй пилот «Мустанга» обнаружил его быстрее, чем флайт-лейтенант. Хитрец «Москито» прятался на малой высоте и развлекался штурмовой наземных целей. «Мустанг» круто спикировал на него. Казалось, ничто не спасёт «Москито», но… Да, у Билла Хопкинса твёрдая рука. Он уверенно и легко набрал скорость и пошел в отрыв. «Мустанг» же при выходе из пике «зарылся» — потерял скорость. Ему пришлось выходить слишком резко. К счастью, на Гастингса «Москито» не обратил внимания. Хорошо! «Мустанг» англичанина шёл наперерез «Москито» Хопкинса, снижаясь как можно более плавно. И вот самолёт соперника появился в прицеле на расстоянии, подходящем для атаки. Уилберфорс Гастингс открыл огонь. «Москито» словно вздрогнул от неожиданности и попытался уйти от Гастингса — так, как только что ушёл от его товарища. Но свой форсаж он уже сжёг, а вот у «Мустанга» скорость была на тот момент просто чудовищной. Выход из пике прошёл для «Мустанга» гладко. Гастингс настиг врага. Ему даже пришлось сбросить газ, чтобы не обогнать его… И скоро всё было кончено. — …Ну как? — осведомился Гастингс, когда они с Биллом встретились возле ангара. — Хорошо я вас погонял, сэр? — Да не очень, сэр, — ответил американец. — Честно говоря, я не слишком доволен сражением. — Это потому, что я вас сбил, сэр? — развеселился флайт-лейтенант. — Нет, потому, что мы могли провести бой гораздо красивее, — ответил Хопкинс. — Что мы, собственно, с вами разыграли? Две высотные машины ползали практически у земли, лишённые возможности показать, на что они способны в полной мере! Давайте повторим вылет. Я хочу схватиться с вами на приличной для нас высоте. Идет? Флайт-лейтенант с жаром кивнул. …Внизу расстилался пролив. Карта «Маяк» вывела соперников на Ла-Манш. Высота — две тысячи пятьсот. «Мустанг» догнал «Москито» и напал на него, проведя короткую атаку. Билл Хопкинс поднял свой английский самолёт выше. Расчёт его был верен. Если бы Уилберфорс Гастингс со своим «Мустангом» остался на этой высоте, то «Москито» сам легко атаковал бы его, развернувшись на безопасном расстоянии. Если бы он «побежал» за ним наверх, то очень скоро бы «завис» в сваливании. И «Москито», развернувшись, сбил бы «Мустанг» в два счёта. Поэтому-то Уилберфорс Гастингс резко спустился вниз на пятьсот метров. Этого расстояния хватило, чтобы Гастингс предугадал угол атаки противника. — Вот так, Билл! — азартно крикнул он, уворачиваясь самым резким виражом, на который способен был «Мустанг». Огненный, всеуничтожающий шквал орудий «Москито» лишь оцарапал самолёт флайт-лейтенанта. И снова Гастингс коротко атаковал своего соперника, а затем вернулся на высоту две тысячи пятьсот метров. И вновь «Москито» оторвался от «Мустанга», и вновь «Мустанг» опустился на пятьсот метров. На сей раз Билл Хопкинс выбрал почти отвесный угол атаки. Умно, ничего не скажешь. Преимущество на стороне американца. Куда бы ни отворачивал Гастингс, огонь «Москито» настигал его. Здорово досталось флайт-лейтенанту, однако он и на сей раз успел увернуться, и «Москито» проскочил мимо него. В последний миг Гастингс все же успел среагировать и пристроиться противнику в хвост. Он стрелял и стрелял без остановки. Биллу Хопкинсу остается только пожалеть о том, что у его «Москито» нет бортстрелка!.. Запас скорости у Гастингса оставался хороший. Во время схватки он берёг форсаж. «Москито» пошел в отрыв, но скорость у Гастингса закончилась позже, чем «XП» противника. Уф… Всё. Гастингс снял шлем. Билл Хопкинс жадно пил воду из кружки. — Хотите? — он протянул кружку противнику. — Вы молодец, флайт-лейтенант! — Это «Мустанг» — молодец, — слабо улыбнулся Уилберфорс Гастингс. Он чувствовал себя вымотанным. — О нет, — покачал головой Билл Хопкинс, — это вы. Я горжусь вами, друг мой! Всё решила в вашу пользу ваша прекрасная реакция: если бы вы ошиблись и запоздали с преследованием хоть на секунду, я бы сумел от вас оторваться. А следующей моей контратаки ваш «Мустанг» бы уже не пережил. — За эти бои я сделал ещё несколько интересных выводов касательно «Мустанга» в игре, — сказал Гастингс. — Любопытно, — откликнулся штаб-сержант. — Поделитесь? — Фирменный стиль «Мустанга» — короткие атаки сверху, — заговорил англичанин. — Это создаёт определённое неудобство. Зачастую «Мустанг» наносит вражеским самолётам рекордное количество ущерба, однако добить жертву он не может. Ему приходится сразу уходить наверх. А подбитый им самолёт становится добычей какого-нибудь ловкого вертуна из нижнего эшелона. — Обидно, — согласился Билл Хопкинс. — Зато существует и обратная сторона медали. Если «Мустанг» остается последним в команде, а враги, при численном их превосходстве, неорганизованны или морально демобилизованы, «Мустанг» запросто собьёт и пять, и шесть самолётов, а сам отделается незначительными царапинами. И… знаете что? Теперь давайте-ка я вылечу на «Мустанге», а вы — на «Москито». Чтобы всё было по-честному. Читать сказку на портале.

Galm: Отсутствие иконки не красиво, но не так критично, т.к. в условии написана награда и на портале тоже. 

Galm: с Написано, что дадут самолет. Иконок нет, т.к. самолет еще в игру не добавлен. В чем проблема?

Fleget: Новости федерации. Выпуск 04.08.2014   Сограждане! Торговая федерация продолжает своё победоносное шествие по землям Королевского альянса. В результате предыдущих боёв наши войска заняли последние королевские провинции и оттеснили неприятеля в столицу. Нужно ли говорить, что очень скоро глава Совета федерации войдёт в главный город Альянса. У противника нет никаких шансов, что ещё раз доказывает: государство, построенное на принципах равноправия, невозможно победить в честном бою. Архаичные роялисты Альянса усвоили этот урок, и надолго. Граждане, радуйтесь за наших пилотов и не выходите из дома без зонта: над горизонтом новых земель Федерации нависла гигантская туча.

Fleget: Королевский герольд. Издание от 04.08.2014 Поданные короля! Тёмные времена наступили для Королевского альянса. Армия RUSH под командованием бесстрашного генерала __PIGAS__  храбро сражалась с заморскими торговцами, но всё же была вынуждена отступить в глубь континента и оставить наши последние приморские провинции врагу. Столица Альнса в осаде, отступать некуда. Пилоты готовятся к решающей битве, и природа — как будто вместе с нами. С юга надвигается огромная туча, равной которой не видали даже старожилы. Будем надеяться, удача нас не покинет.    

Grenoli: А мне больше ветка Танка, чем Мессершмитта понравилась. Каждому свое=).