Реклама | Adv
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
Сообщения форума
Реклама | Adv
image

Михаил Свирин — один из тех историков, которые открыли для читателей новую историю бронетехники, основанную на архивных документах, рассекреченных в конце 80-х — начале 90-х годов. Эти люди закладывали фундамент, на котором новое, современное поколение, строит здание своих исследований и трудов. К сожалению, в мае нынешнего года он ушёл из жизни. О том, каким был Михаил Николаевич, рассказывает главный редактор издательства «Тактикал Пресс» Григорий Пернавский, лично знавший этого замечательного человека.

Есть люди, которые появляются в твоей жизни и исчезают из неё, не оставив сколь-нибудь заметного следа. Другие идут с тобой одной дорогой и, даже если они уходят, ты всегда думаешь, что сказали бы они по поводу сделанного тобой. Михаил Николаевич был именно таким человеком.

Я пытался вспомнить, кто нас познакомил во второй половине 90-х годов. Точно помню одно: это произошло ещё до того, как появился и расцвёл «Военно-исторический форум», который дал миру целое поколение авторов, перевернувших военно-историческую литературу и науку. Впрочем, эти люди относятся уже ко второму поколению — к тем, кто знал, куда идти и где, а главное – что искать.

То, что без проблем получает современный исследователь, было для энтузиастов 70-80 годов просто недоступным

Свирин же принадлежал к первому поколению любителей истории военной техники и истории вообще. В те годы перед этими людьми были закрыты все двери. Историческим просвещением населения тогда занимался агитпроп. Энтузиастам, любителям, людям с горячим сердцем не было места в системе. Но они не сдавались: окольными путями получали доступ в технические библиотеки, беседовали со «стариками» с заводов и из конструкторских бюро, знакомились с такими же энтузиастами, как они сами. И постепенно, как под давлением ростков травы трескаются бетон и асфальт, дала трещины закаменевшая в своей догматичности старая система взглядов на историю.

imageВ начале 90-х в продаже стали появляться книги и журналы. Их было мало, и каждый для тогдашних энтузиастов был на вес золота. Их ксерокопировали, ими обменивались, их даже ставили на видное место в своих шкафах знатоки и коллекционеры. Имена Свирина, Коломийца и Барятинского стали известны всем, кому не чужда военная история. И это была заслуженная слава. Именно эти три человека смогли закатить на гору камень, и именно благодаря их труду взошли и продолжают восходить новые звезды.

Что касается Дяди Миши, он успел сделать много: основал отличный военно-исторический журнал «Полигон», журнал для стендовых моделистов. Увы, эти проекты не выжили. Так получается, что своих денег у исследователей-энтузиастов не бывает. Чтобы издать книгу про Т-28, например, Свирин продал свою личную машину. Люди вообще делятся на «эффективных менеджеров» и тех, кто делает реальные дела и идёт ради них на жертвы. И это — люди двух разных миров.

Оставшись без журнала, Михаил Свирин приступил к проекту всей своей жизни. Он написал капитальный труд «История советского танка», который известен теперь всем любителям истории бронетехники. Но Михаил Николаевич был не просто автором книг. Он был настоящим учёным. Главная его заслуга — то, что он смог совместить техническую историю с политической — то есть, обосновал, по какой причине и заказчики, и конструкторы принимали те или иные решения.

Долгие годы болезнь причиняла Михаилу Николаевичу страшные мучения. Другой человек от постоянных болей превратился бы в зверя. Но не Свирин

Разумеется, книга Свирина отнюдь не истина в последней инстанции. В ней есть ошибки, натяжки и недоработки. В ней раскрыты далеко не все драматические эпизоды истории советского танкостроения. И объяснить это легко. То, что без проблем получает современный исследователь, было для энтузиастов 70–80-х годов просто недоступным. Поэтому выводы часто делались на основании неполной, а подчас и искажённой информации. Тем не менее другого общего труда по истории советского танка нет и долго ещё не будет (справочники и энциклопедии не в счёт).

Помимо книг, Дядя Миша много писал для разных интернет-ресурсов и форумов, а встречи с ним превращались в настоящие и увлекательные лекции. В последние годы он почти полностью переключился на патриотическое воспитание детей и подростков, а вот писать практически перестал, потому что успел сказать многое из того, что хотел. Многое, но, к сожалению, далеко не всё — подвело здоровье. Сказались и раны, полученные на «мирной войне» — Михаил Николаевич принимал участие в работах по разминированию в Чечне, был контужен.

Долгие годы болезнь причиняла Михаилу Николаевичу страшные мучения. Другой человек от постоянных болей превратился бы в зверя. Но не Свирин. Он буквально олицетворял собой слово «добро». Сам остро нуждавшийся в помощи, он всегда готов был протянуть руку и помочь хотя бы советом. И у него были друзья, которые всегда готовы были помочь: Максим Коломиец, Сергей Буркатовский, Александр Конторович и много кто ещё. Дядя Миша был по-настоящему светлым человеком и настоящим бойцом. Он знал, что его дело правое, и никогда не сдавался.

Автор текста — Григорий Пернавский
Реклама | Adv