Реклама | Adv
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
  • Rotator
Сообщения форума
Реклама | Adv
image

Среди множества военных изобретателей-фантазёров, не обременяющих себя взаимосвязью с реальностью, были люди иного порядка. Сознательно отказавшись от свободного полёта мысли, они ставили перед собой конкретные и более или менее выполнимые задачи. Например, улучшение характеристик уже существующих и серийно производящихся боевых машин.

По балканскому рецепту

В марте 1945 года в Военный институт иностранных языков (ВИИЯ) поступил запрос инженер-майора Главного бронетанкового управления (ГБТУ) Красной армии Гончарова. К нему прилагался текст на сербском языке, подлежащий переводу. В нём шла речь о проекте нового танка невиданной конструкции.

Изменение конструкции существующего танка вместо изобретения новой машины выглядело перспективной темой. Как минимум, этот метод экономил технические и человеческие ресурсы

Автором значился некто Михаило-Миле Велимирович,  боец Народно-освободительной армии Югославии. Он начал свою работу ещё в 1939 году. Взяв за основу французский танк Renault R35, изобретатель задумал переделать его в машину с перемещающимся центром тяжести. «Такой танк может переходить через разные природные и искусственные препятствия (ямы, рвы, лестницы, подъемы и т. д.), через которые обыкновенный танк не может перейти», — пояснял автор.

В проекте Велимировича башня танка, по сути, заменяла собой весь корпус. В ней располагались двигатель, топливный бак, вооружение и экипаж. Так образовывался собственно центр тяжести. Кроме башни, у танка должно было быть только шасси. С внутренней стороны гусениц автор предложил разместить некие зубчатые рычаги, соединявшиеся с зубчатыми же колёсами и приводом мотора. По замыслу Велимировича, с помощью рычагов башню можно было двигать с кормы танка на нос и обратно. Дальнейшие действия автор представлял так: «Танк подходит к рву, имея башню на заднем конце гусеницы и медленно переходит через ров… Башня танка перебрасывается на передний край гусеницы и центр тяжести очутится на переднем крае гусеницы, значит на другой стороне рва». Таким же способом машина должна была преодолевать подъёмы. По болотистому грунту автор рекомендовал двигаться с башней, находящейся посередине, чтобы танк не увяз.

Велимирович сознавал, что его танк слишком своеобразен и конструктивно неоднозначен, чтобы действовать самостоятельно. Зато в качестве средства поддержки пехотных и танковых частей он будет на своём месте. Советские военные инженеры, изучившие проект, уверенность автора не поддержали, и путёвку в жизнь «танк с перемещающимся центром тяжести» не получил.

Тюнинг ленд-лиза

В начале 1944 года поступило предложение: модернизировать зарубежные танки, состоящие на вооружении Красной армии. Инженеры-конструкторы Центрального артиллерийского КБ (ЦАКБ) А. С. Часовников и С. Д. Казарин утверждали, что у британских пехотных танков Mk. II Matilda, Mk. III Valentine, Mk. IV Churchill и американских M3 Lee, M4A2 Sherman слишком большие габариты, но недостаточно мощные пушки. Дистанция их действительного (то есть эффективного) огня не превышает полукилометра. Соперничать с более защищёнными и сильнее вооружёнными танками и истребителями танков противника они попросту не могут. «Это в свою очередь вызывает недоверие наших офицеров и генералов к данной технике, и в лучшем случае эти машины используются как танки второй линии», — писали авторы.

image

Часовников и Казарин плагали, что выход из положения есть и он лежит на поверхности. Нужно перевооружить танки союзников на орудия калибрами 85 и 100 мм. Авторы считали необходимым либо устанавливать на ленд-лизовские танки башни от Т-34-85, или вообще переделывать «англичан» и «американцев» в самоходные орудия.

По мнению инженеров, это позволило бы уравнять дистанции действительного огня с новыми немецкими танками («Тигр» и «Пантера»), а то и превзойти их. Мощное вооружение компенсировало бы более слабую бронезащиту иностранных танков. Кроме того, это позволило бы упростить снабжение боеприпасами за счёт уменьшения количества калибров в номенклатуре боеприпасов.

Имея готовое шасси для танковой башни и самоходки, изобретатели рассчитывали «получить дополнительные высококачественные танки с вооружением 1944 года… сократить изготовление шасси танка Т-34 под самоходы СУ-85, а это увеличит выпуск основного танка Т-34».

image

Правда, оставался вопрос: куда девать башни самих «Черчиллей» и «Шерманов», вырезанные из подбашенных листов? Наркомату Военно-морского флота, например, они не подходили по своим баллистическим данным. В итоге авторы проекта предложили передать башни Главному военно-инженерному управлению Красной армии для создания укреплённых точек.

15 февраля 1944 года в танковом управлении ГБТУ состоялось совещание с докладом Часовникова. Специалисты из Наркомата вооружений не оценили доводов изобретателя. Для такой модернизации потребовались бы немалые производственные мощности. Выпуск 85- и 100-мм пушек тоже пришлось бы нарастить. Наконец, Часовников не принял во внимание чисто политического аспекта. Как бы отреагировали союзники на выбраковку и переделку их машин? «Заявление авторов о непригодности танков иномарок в бою… является вредным и если это их ошибка, то ее надо поправить, но если это убеждение, то за него надо бить и бить больно», — резюмировал инженер-майор Билеткин из 5-го отдела Техуправления ГБТУ.

Отклонённый проект не заставил Часовникова опустить руки. Он продолжал работать и вскоре после победы над Германией представил, пожалуй, самый необычный из своих проектов.

СТ-II: удвоенная мощь

К концу войны А. С. Часовников и его коллега В. А. Ганин подготовили проект нового тяжёлого танка СТ-I. Эта машина так и осталась на бумаге из-за многих недоработок и недостатков. Авторы учли критику и вскоре представили на суд Главного бронетанкового управления улучшенный вариант своего танка — СТ-II.

image

Речь в проекте шла о машине боевой массой 54−56 тонн. В проект закладывалась хорошая бронезащита: верхняя лобовая деталь корпуса – 140 мм, нижняя лобовая деталь и борта корпуса — 160 мм. Ещё лучше была бы защищена башня: лоб — 250 мм, маска пушки — до 300 мм! При высоте 2,5 м длина танка с пушкой составляла порядка 10 м. Все эти общие характеристики уместились на кромке листа с эскизом.

Что по-настоящему впечатляло, это идея о том, какое вооружение предполагалось для СТ-II. В башне должна была находиться установка из двух 100- или 122-мм орудий и двух пулемётов или пушек малого калибра. «Возможность ведения огня с исключительно высокой скорострельностью за счёт двух пушек, обслуживаемых двумя заряжающими, из специальной скорострельной боеукладки», — была только одним из возможных преимуществ такого огневого квартета. Он позволил бы ускорить пристрелку, осуществлять убийственные залпы. И даже в случае отказа одной пушки вторая продолжила бы стрелять. К сожалению, официального отзыва на этот проект не последовало или не сохранилось. Сам танк не был выполнен даже в макете.

Рассмотренные проекты не являлись стопроцентными бронефантазиями. Их авторы не были дилетантами, они брались за конкретные проблемы и пытались их решать. Среди прочих проектов троицу машин, о которой рассказано в этом материале, можно признать едва ли не самой близкой к реальности.

Автор текста — Юрий Бахурин

Источники:

Центральный архив Министерства обороны РФ (далее — ЦАМО РФ):

  1. Ф. 38. Оп. 11350. Д. 306;
  2. ЦАМО РФ. Ф. 38. Оп. 11350. Д. 395;
  3. ЦАМО РФ. Ф. 38. Оп. 11350. Д. 396;
  4. ЦАМО РФ. Ф. 38. Оп. 11350. Д. 1190.
Реклама | Adv